Глядя на Джену, я видел, как сильно она нуждается том, чтобы почувствовать себя в безопасности, обрести хоть какую-то уверенность. Как сильно ей нужно услышать от кого-нибудь, что она поступает правильно, что у нее все получится.
- Я просто… - Я запнулся.
Мне хотелось взять ее за руку, показать, что забочусь о ней, но я знал, что подобный жест с моей стороны лишь усугубит ситуацию. Вот бы просто забыть о том, что я майор и что мне придется отвечать, если она окажется предательницей или безвольным рабом нейропрограммирования, и поцеловать ее, поддаться тому чувству, которое одолевало меня всякий раз, когда Джена оказывалась рядом. Но в этом сошедшем с ума мире я мог быть твердо уверен лишь в одном – я солдат Альянса, буду им до конца, и лишь этот факт оставался моим ориентиром, лишь благодаря ему я знал, что делаю благое дело. Так чего же я хотел от нее?
– Мне просто нужно убедиться, что ты – та самая женщина, за которой я пошел на Айлос. Потому что я готов на это снова. Я… я должен быть уверен.
При упоминании названия той планеты, в глазах Джены мелькнуло что-то очень похожее на муку. Она ничего не ответила, и я вдруг осознал, что впервые мы коснулись той ночи и того, что последовало за ней; того, во что вылилась минута слабости, и времени, проведенного нами вместе, которому только ее смерть сумела положить конец.
Пусть даже ее тело получило такие ужасные травмы, ее память, очевидно, не пострадала, и воспоминания до сих пор причиняли боль. Я видел это в том, как она смотрела на меня, хотя любой другой на моем месте принял бы это выражение уязвимости и детской обиды за удивление тем фактом, что ее собеседник до сих пор продолжает говорить. Я ненавидел себя за то, что делал ей больно, за то, что не мог выразить словами своих чувств; за то, что снова вынужден был ранить ее только для того, чтобы удостовериться, что не угожу в ловушку.
- Слова тебя не убедят, - заметила Джена тихо, и я знал, что она права.
Нас разделяло каких-то несколько сантиметром, и я легкостью мог бы наклониться и поцеловать ее. Всего один поцелуй сумел бы решить почти все стоящие между нами проблемы, или же она оттолкнула бы меня, ударом кулака сломав мне челюсть, и велела бы никогда больше не позволять себе такого. Я понятия не имел, какой из этих двух вариантов более вероятный, потому что у меня уже был шанс вернуть ее, но я предпочел страсти осмотрительность. Вполне возможно, что я ошибся, но Джена уже отгородилась от меня.
Именно она показала мне, что такое страсть, она научила, что осторожность ничто, когда ты живешь на краю – когда в твоих силах лишь положиться на свои способности и надеяться, что этого окажется достаточно, чтобы пережить самый страшный шторм. Вовсе не из-за осторожности я оказался в ее постели, а затем в ее квартире. Не осторожность помогла в последние полтора года продвинуться по службе больше, чем за всю предыдущую карьеру. Все это произошло благодаря моей вере в себя, и тому, что, отринув сомнения, я стал полагаться только на свои способности.
В этом-то и заключалась проблема. Я не был уверен, что, заполучив ее назад, когда-либо сумею разорвать эти отношения. Я не смогу оставаться объективным, глядя в эти чарующие янтарные глаза, полные смятения.
- Послушай, - произнесла Шепард неожиданно. На мгновение прикусив губу, она продолжила: - У меня есть задание, и я намерена его выполнить. Но тебе вовсе необязательно следовать за мной, особенно если ты во мне настолько сомневаешься.
Подхватив шлем церберовского оперативника, Джена принялась доставать коммуникатор.
- Дело не в этом, Шепард, - попытался объяснить я, потирая затылок в надежде унять неприятные ощущения, вызванные резкой нагрузкой на имплантат. – Вовсе не в тебе я сомневаюсь, а в них. И я хочу тебе верить, но… неужели ты не понимаешь, почему мне недостаточно твоего слова?
Дернув слишком сильно, Джена едва ли не вырвала передатчик из гнезда.
- Я прекрасно понимаю, - прорычала она, - но это вовсе не значит, что я намерена терпеть твое недоверие к каждому моему поступку только из-за твоей злости на «Цербер», посмевший поиграть в твою любимую игрушку.
Я уже открыл рот, собираясь заявить, что это неправда, хотя и осознавал ее частичную правоту, но заметив ее острый взгляд, осекся, позволяя ей продолжить.
- Ой, погоди, я, кажется, забыла – это все лишь деловые отношения, правильно, майор? Ничего личного?
- Джена…
- Нет! – рявкнула она, раздраженно сверкнув глазами и подняв руку, побуждая меня замолчать. – Я не могу заниматься этим сейчас. Просто… скажи, что я могу доверять тебе прикрывать мне спину, пока мы здесь. Большего мне не требуется.
Медленно и беспомощно я пожал плечами, жалея, что нельзя щелкнуть пальцами и остановить время.
- Я с тобой, и я всегда был на твоей стороне, Шепард. И да, я отдаю себе отчет в том, что сейчас не время, но ты должна знать…
- Отряд Дельта, докладывайте!
