В религиозных учениях всех народов существует разделение на две основные части. Первую составляет религия простых людей, являющаяся экзотерической. Второй раздел — религия мудрого посвященного меньшинства. Это эзотерическая религия, и она, если это вообще происходит, редко появляется в мире без покрова ритуалов и символов, скрывающих ее от непосвященных. Эзотерическая вера занимает относительно религии то же положение, какое сохраняет дух относительно своих тел: тела о духе свидетельствуют, а через него приходит жизнь, оживляющая и приводящая тела в действие. Тела часто называют Матфеем, Марком, Лукой и Иоанном, свидетелями и летописцами жизни духа. Четыре тела человека — это евангелисты, которые несут точное свидетельство духовной жизни, оживляющей их и дающей им силу. Аналогичным образом и тело религии свидетельствует о ее духовной жизни. Мир признает только тело, а немногие мудрые и посвященные изучают только дух.
Все осязаемые, конкретные вещи принадлежат миру следствий. Ученик, посвятивший себя эзотеризму, изучает их только затем, чтобы через них открыть невидимую Причину. Настоящими эзотериками являются учащиеся аристотелевского толка, использующие видимое только как средство познать невидимое, изучающие множество различных следствий для того, чтобы умственно и духовно осознать Единство, стоящее за многообразием Природы.
За завесой, скрывающей великое Неведомое, простирается мир причин, невидимая сторона Природы. Пока еще человеку не дано понять тайны этой идеальной земли-прототипа. Завеса майи, отделяющая мир людей от его источника — мира Бога, в действительности является не структурой или тканью, а скорее ограничительной линией. Вещи, находящиеся за пределами гипотетически очерченного круга, неизвестны потому, что они слишком разрежены и тонки и не фиксируются чувствами, развитыми у человеческой расы нынешнего уровня.
Этот невидимый мир исследуют лишь немногие отважные путешественники, которые, отбившись от человеческой расы, рискуют всем в попытке составить карту необъятных просторов вечности. Их усилия вознаграждаются тем, что этих смелых людей принимают в число Невидимых. Они становятся гражданами двух миров и известны как посвященные и мастера. Только тому, кто постепенно изучил законы невидимой Природы, позволено проникнуть за таинственную завесу.
Все искусства, философские системы и науки, окружающие нас в материальном мире, есть следствия и касающиеся следствий доктрины. Ибо как только они оформились, были упорядочены и достигли уровня, постигаемого человеческим умом, они перешли из неосязаемого в осязаемое и набросили на себя, по крайней мере частично, покров материи. Они обрели оболочки из кожи и, став одним целым с людьми, порвали всякую связь с Бесконечностью. Как тело скрывает дух, так и любая философия и религия прячет в святилище души живой, божественный, ярко светящийся уголек. Это огненное сияние создается эзотерической силой, духом всех искусств и наук. Это та часть человеческого существа, которая по-прежнему сохраняет свою божественную составляющую. Мечом подлинной проницательности человек должен отделять истинное от ложного, голову от тела, дух от плотской оболочки.
Философия представляет собой конкретную экзотерическую науку, но она скрывает в себе оккультизм — мистическую философию души. Первая свидетельствует о второй, ибо они едины. Видимое, осязаемое тело привлекает внимание материалистов и приверженцев формы, тогда как невидимое тело рассматривается теми немногими, кто, благодаря особой подготовке в различных направлениях мистической мысли, способны осознать его существование. Принадлежащий к братству масон посредством своей геометрии скрывает за ритуальным действом геометрию естественного права [80]. За химией скрывается алхимия, ожидая возможности сообщить секреты духовной трансмутации и таинственного превращения жизни тем, кто способен исследовать ее глубины. В религии, как мы ее понимаем, заложен путь мистика, и постепенно она раскрывает идеалы служения и братства, составляющие основу подлинного мистицизма.
Тот, кто по-настоящему изучает музыку, не сможет в полноте испытать присущее этому искусству вдохновение до тех пор, пока настроенная клавиатура его человеческой сути не уловит музыку сфер, представляющих вечные гармонии Природы. Ни одному художнику не удавалось по-настоящему овладеть цветом, ни одному юристу или врачу — их профессией, пока они не понимали их скрытую сторону; и ни один исследователь современной религии не сможет заставить говорить священные книги, не имея двойного ключа в виде каббалы.
