Полное отсутствие диабатического процесса, или, проще говоря, отсутствие какого бы то ни было развития личности, в достаточно развитом, я бы сказал, даже мистическом, душевном Сефироте[154] обуславливает определенный внутренний конфликт, противоречие, невозможность разрешить которое будит в душе нашего пациента гибельную силу отчаяния.
Итак, поставив больному диагноз и разобравшись в сущности его недуга, мы напротив каждой части ОФЧ пишем еще одну или две формулы (в зависимости от последовательности течения необходимых процессов, потенциально ей соответствующих), характеризующих то состояние, в котором больной должен оказаться после окончания всего комплекса лечения.
В нашем случае это будет выглядеть так:
Нахождение правильного метода лечения состоит исключительно в том, чтобы, сравнивая настоящие части ОФЧ с потенциальными, найти единственно верный в данном случае метод трансформации одной формулы в другую. Из четырех найденных методов необходимо создать для данной Индивидуальности один общий.
Здесь я не могу остановиться подробнее на этих, уже практических, методах Священной Терапевтики. Вопрос о трансформации формул будет затронут, в пределах дозволенного Эзотерической Тайной, в следующей главе.
Всего в Священной Терапевтике будем различать следующие четыре этапа подготовки к лечению:
1. Консультация.
2. Предварительные беседы с пациентом.
3. Личная подготовка пациента (самостоятельные профилактические акты или самостоятельное лечение[155]).
4. Подготовка инструментов, необходимых для лечения.
Разберемся более детально в этой схеме, так как, по существу, здесь сформулирован весь подготовительный процесс.
Вопросы, связанные с консультацией, мы уже разбирали в части, посвященной оккультной диагностике, в I главе. Поэтому перейдем к следующему пункту
ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ БЕСЕДЫ С ПАЦИЕНТОМ
В начале главы мы сформулировали основную задачу правильной подготовки к лечению: сделать пациента максимально восприимчивым к прилагаемым целительным методам. Но акт Священной Терапевтики — это не медицинская операция, где пациент, погруженный в состояние общего наркоза, уже восприимчив к скальпелю хирурга, поскольку не мешает врачу работать…
В герметической медицине не мешать оператору в работе мало; ему необходимо содействовать.
Прекрасная опера Чайковского «Иоланта»… Слепая девушка прозревает, потому что жаждет этого, потому что стремится к свету и, напрягая все свои волевые ресурсы, шепчет: «Я хочу зреть, о рыцарь, не умирай!»
Об этом и ария арабского врача-мудреца Эбн-Хакиа «Два мира — плотский и духовный».
Мы видим, что не только древние мудрецы понимали этот важнейший закон исцеления, но и композитор Чайковский интуитивно провидел его.
И, подобно графу Водемону, который в мистическом порыве поет своей слепой возлюбленной о солнечном свете, так и Маг, исполненный любовью к ближнему, желая исцелить его, рассказывает больному о его духовной слепоте. И желание больного зреть — первая и самая главная предпосылка к исцелению.
Вот почему предварительные беседы с пациентами — практически незаменимая часть подготовительного этапа к лечению.
Почему я использую слово «практически»? Возможно исцеление и без проведения предварительных бесед с пациентом. Это относится прежде всего к тем случаям, когда личность пациента достаточно развита, чтобы воспринять, трансформировать и успешно использовать в дальнейшем мощное духовное воздействие Мага. Если такого факта развития нет, существует большая вероятность, что лечение не будет принято душою пациента.
Одновременно с этим подготовительные беседы выполняют еще одну важную функцию: меняя сознание пациента, они меняют характеристику его диабатического процесса.
Правильное проведение подготовительных бесед способно дать удивительные результаты. Зачастую знакомые больного, впервые подвергшегося такой подготовке, не в силах узнать его личность, его сущность, его мысли. Меняется все, весь комплекс информационной емкости: воля, образ логического мышления, жизненные цели.
Одна из моих пациенток в результате таких бесед и последующего лечения ушла со старой работы, прекратила почти все свои старые знакомства…
И пусть оператора не удивляют подчас поразительные личностные изменения больного: ведь здоровая личность и здоровый разум — гарант всяческого здоровья.
А вот — другой пример. В 1993 году я работал с больной девушкой, болезнь которой относилась к разряду критических и наиболее опасных для жизни и рассудка: наркомания. Девушка, от природы приодаренная живым, острым умом, обладающая редкой твердостью характера, вследствие длительного употребления опиума и других наркотических средств была просто духовно парализована. Ее разум вяло дремал, не видя более перед собой никакой цели, выхода, смысла существования.
У девушки присутствовала постоянная физическая и психическая потребность в наркотиках и сильная трехплановая истощенность организма, поэтому эта пациентка являла собой один из самых тяжелых случаев в моей практике.
