В полете успел бросить взгляд на храм, на развалинах которого моя команда сцепилась с группой прорыва Альянса. Используя момент, вражеские знаменосцы и саперы делали свое подрывное дело, выставляя деморализующие нас флаги и минируя стены. Их охраняли роги, разгуливавшие рядом в стелсе, и видеть их мне удавалось за счет превосходства в уровнях. Я ударил Возмездием, однако был слишком высоко, чтобы убить хоть кого-то…
Рефлекторно сжимаясь в ожидании грядущего столкновения, я встал на траектории падения метеорита и за миг до удара врезал Молотом, раскалывая камень на части. Последовавший взрыв отшвырнул меня прямо на Колосса тьмы.
Я будто оказался в великом ничто — мрак и пустота вокруг. Алмазная кожа истекла, когда меня из Колосса подбросило под небеса с бешеным нарастающим дебафом. Времени хватило только на то, чтобы заметить, как грудь разорвало изнутри, и из дыры вырвался смоляной сгусток мглы.
Пока мое мертвое тело падало, я видел мельтешащую черно-белую картинку: небо, слепящее на севере и сумрачное на юге, подросшие аватары Нергала и Мардука, громадные фигуры аспектов и колоссов, развернувшийся бой у стен храма и накрывающиеся черепами портреты членов моей рейдовой группы.
Первыми погибли Ирита и Патрик, следом убили всех остальных моих друзей. Последними пали стражи, все одновременно, попав под удар сразу и Аспектов света, и Колоссов тьмы. Подсознательно я был готов к тому, что потеряю друзей-неписей, но пережить это по-настоящему… Никому не пожелаю.
Лютое безысходное горе переродилось в ярость и желание отомстить, когда за несколько десятков метров до приземления тела сработал перк:
Ожив, я замедлил падение, активировав Полет. Осмотрелся и начал быстро снижаться, возрождая на месте гибели друзей и союзников-игроков. Выждав несколько секунд, убедился, что нас атаковали первыми и Правосудие сработало, а все параметры учетверились.
Наметив цель, направился к ней, готовясь призвать сразу всех питомцев. К этому моменту воскрес Краш, и я отправил Алмазного червя навести шороху в рядах «Странников» и других темных из Альянса.
Пролетая над рейдами светлых: «Модуса», «Детей Кратоса» и остальных, — я высадил Монтозавра, Грозу, Игги, Крушителя и Акулона, после чего ударил серией Возмездий Спящих.
Верховный жрец Нергала, завидев меня, указал в мою сторону рукой. Семь Аспектов света выстрелили тысячью тончайших убийственных лучей, прожигая броню и кожу. Я завыл от боли, ускорился, но они продолжали буравить тело, будто приклеенные. Жизнь быстро снижалась, и не погибнуть мне удалось только за счет серии Возмездий, убивших кого-то из игроков, и последовавшего Содействия Спящих.
На полной скорости я врезался в верховного жреца, схватил его и взмыл в воздух. Прижимая к себе голосящего молитвы служителя Нергала, я разрывал ткань мироздания непрекращающимися взрывами Возмездия Спящих, перемежающимися с безостановочными Комбо. Косы жнеца мельтешили в воздухе, голова противника болталась, но мои усилия были тщетны.
Жрец, как и Аспекты света, был на сто уровней выше меня, владел сильнейшей божественной магией и многослойными щитами, наливаясь особенной мощью под прямым взором покровительствовавшего главы пантеона новых богов, но все же он оставался человеком. Смертным существом с индикатором очков жизни в сто десять миллионов, которые даже не колыхнулись, пока действовали божественные щиты.
На полукилометровой высоте лучи Аспектов света перестали прожигать во мне дыры, но я продолжал получать урон от Сияния, ауры убивающего света вроде той, что окружала Великий переносной алтарь, но с меньшим процентом нарастания. Видимо, надеясь на щиты и ауру, верховный жрец не стал изучать боевые приемы, и когда под действием Отражения его защита угасла, истощилось и Сияние. Хватило одного Комбо с влитым в удары возмездием, чтобы Нергал остался без своего главного адепта.
Чудовищно огромный столб света накрыл пустыню там, где возвышался Нергал. Раздосадованный вопль божества долго не затихал в моих ушах, из которых полилась кровь, но, когда воцарилась тишина, лучезарный бог исчез, а вместе с ним растворились в воздухе и Аспекты света.
Найдя взглядом двух других жрецов Нергала, я натравил на них Монтозавра. Оборвать жизнь оставшихся без поддержки последователей лучезарного бога древний ящер сумел, просто раздавив их.
«Надо повторить», — подумал я, направляясь верховному жрецу Мардука. Обостренное зрение позволило разглядеть, что происходило внизу.
