Священные чудовища. Ужасные родители полностью

В Монтаржи я попробовал написать пьесу, которая, будучи далекой от того, чтобы послужить поводом для постановки, могла бы послужить поводом для игры великих комедиантов. Я уже давно использовал в своих пьесах декорации, принимающие участие в действии. Дверь, позволяющая несчастью входить и выходить. Стул, позволяющий присесть судьбе. Я не терпел перегруженности. Мне удалось полностью ее избежать. Нужно было сочинить современную и оголенную пьесу, не дать артистам и публике ни одного шанса перевести дух. Я исключил телефон, письма, прислугу, сигареты, окна-обманки, все, вплоть до фамилии, которая ставит персонажей в определенные рамки и всегда несет в себе лишнее. Из этого вышла водевильная завязка, мелодрама, типажи – хоть и целостные, но противоречивые, последовательность сцен – подлинных маленьких театральных актов, – в которых души и перипетии каждую минуту находятся на пределе самих себя.

Не является ли народный театр – театр, достойный публики, которая не судит заранее, – именно таким театром и не знаменует ли он провал сценических произведений, неспособных жить без декоративных уловок?

Пьеса «Трудные родители» была впервые поставлена в театре «Амбассадер» 14 ноября 1938 года.

Ивонна

Леони

Мадлена

Жорж

Мишель

Действие происходит в Париже в наши дни.

Акт I: Комната Ивонны.

Акт II: У Мадлены.

Акт III: Комната Ивонны.

В комнатах семейства царит беспорядок, у Мадлены – наоборот.

Одно обязательное условие: декорации, очень реалистичные, должны быть достаточно прочными, чтобы можно было стучать дверьми.

Лео (Леони) часто повторяет: «У вас дом, где стучат двери».

Комната Ивонны. На втором плане слева дверь, ведущая в комнату Лео. На первом плане слева кресло и туалетный столик. В глубине сцены слева дверь в остальные комнаты квартиры. В глубине справа приоткрытая дверь ванной комнаты, судя по всему, она белого цвета и очень хорошо освещена. На втором плане справа дверь, ведущая в прихожую. На первом плане справа открывается вид сбоку на широченную неубранную постель, заваленную мехами, шалями и т. п. В ногах постели стул. В глубине по центру комод. Подле кровати столик с лампой. Люстра на потолке погашена. Там и сям пеньюары. Окна в четвертой стене, подразумеваемой между сценой и зрителями, открыты. Из окон здания, расположенного напротив, в них вливается мрачный свет.

На сцене царит полутьма.

Жорж, затем Лео, затем Ивонна.

Когда занавес поднимается, Жорж с криком бежит от ванной комнаты по направлению к комнате Лео и резко хлопает ею.

Жорж. Лео! Лео! Быстрее… Быстрее… Где ты?

Голос Лео. Мишель подал признаки жизни?

Жорж(кричит). Речь вовсе не о нем… Да быстрее же.

Лео(появляется на пороге своей комнаты, на ходу надевая элегантное домашнее платье). Что случилось?

Жорж. Ивонна отравилась.

Лео(в изумлении). Что?

Жорж. Инсулин… Должно быть, она набрала полный шприц.

Лео. Где она?

Жорж. Там… В ванной.

Ивонна распахивает приоткрытую дверь ванной комнаты и появляется на ее пороге в махровом халате, в ее лице ни кровинки, она едва держится на ногах.

Лео. Ивонна… Что ты натворила? (Бросается к ней через всю сцену, чтобы подхватить ее.) Ивонна!

Ивонна делает знак: нет

Скажи нам… Скажи мне…

Ивонна(еле слышно). Сахар.

Жорж. Я позвоню в клинику. Но сегодня воскресенье, там никого…