Эва уже привыкла к своевременным и продуманным подсказкам своей новой знакомой. Она небрежным жестом вытащила из кармана шариковую ручку, которая была в том же конверте, что говорящие клипсы и сигареты, наклонилась над столом секретарши и ткнула ручкой в ее сторону:
— Да вот же, посмотрите внимательнее!
В то же мгновение из стержня ручки брызнула струя какой-то отвратительной буро-красной жидкости, которая залила блузку секретарши огромным пятном, по форме напоминающим карту бывшей Федеративной Республики Югославии.
В довершение поражающего эффекта эта жидкость распространяла запах сероводорода, а попросту говоря — тухлых яиц.
Секретарша охнула, ее лицо побагровело, как перезрелый помидор, в глазах отразились раздирающие ее мучительные, невыносимые противоречия. С одной стороны, она не могла оставить без защиты дорогого начальника. С другой — не могла оставаться на рабочем месте в безнадежно испорченной одежде.
Эва поняла, что идеальный внешний вид был для нее тем, чем панцирь для черепахи, колючки для ежа или толстая шкура для носорога: это была ее защита от враждебного и опасного окружающего мира.
Несчастная секретарша то приподнималась, готовая покинуть рабочее место, то опускалась, придавленная к креслу чувством долга. При этом она с ненавистью смотрела на Эву и едва не скрипела зубами от переполнявших ее эмоций. Тут в клипсах снова зазвучал Лилин голос, и Эва слово в слово повторила подсказку своей невидимой напарницы:
— Фу, какой отвратительный запах! Просто мерзкий! Как вы сами-то его выносите?
Эти слова переполнили чашу терпения. Секретарша взвизгнула, вскочила, подхватила свою сумочку и устремилась в коридор. На пороге она, правда, задержалась на секунду, повернулась к Эве и выкрикнула в бессильной ярости:
— Не входить в кабинет! Вернусь — убью!
— Ага, как же! — усмехнулась Эва, и едва дверь приемной захлопнулась за секретаршей, вошла в кабинет заместителя директора.
Шеф сидел за просторным, как аэродром, письменным столом, листая какой-то многостраничный документ. Это был низенький, толстенький человечек с круглой, лысой, как бильярдный шар, головой. Услышав скрип двери, он оторвался от своего занятия, уставился на Эву и удивленно проговорил:
— А вы кто?
В следующую секунду он щелкнул клавишей переговорного устройства и недовольно произнес:
— Эльза Семеновна, кого вы ко мне пустили? Почему вы мне не доложили?
— Ее нет, — сообщила ему Эва.
— Как — нет? — шеф выглядел так, как будто его мир перевернулся. — Кого нет? Эльзы Семеновны? Она всегда есть… она никого ко мне не пропускает без записи…
— А вот сейчас ее нет. Может человек выйти на минутку по своей надобности?
— Эльза Семеновна? — изумленно переспросил начальник. В его голове не укладывалось, что непоколебимая секретарша — тоже человек. Всего лишь человек.
— Давайте уже перейдем к делу! — проговорила Эва.
— К делу? К какому делу?
— К тому, ради которого я к вам пришла. Вам привет от Ершовых — Елены и Леонида…
Начальник моргнул и снова щелкнул клавишей:
— Эльза Семеновна, Ершовы у меня на сегодня записаны?
— Я же вам сказала — ее нет! Она вышла! И вернется очень не скоро — я вам гарантирую! И кроме того — Ершовых уже тоже нет, они погибли при взрыве автобуса.
— Что?! — Глаза начальника полезли на лоб.
— Только не звоните Эльзе Семеновне, чтобы спросить, что такое автобус!
— Зачем вы так? — обиженно протянул начальник.
— Так вот, Елена Ершова умерла не сразу. Она прожила еще несколько минут и кое-что сказала. Она велела мне найти вас и передать, что в их доме скоро будут ремонтировать вентиляцию.
— Что? — Начальник и до этого был удивлен, но после этих слов удивление в его глазах буквально зашкаливало. — Что? Какая еще вентиляция?
— Обыкновенная. Так вот, она велела вам непременно передать, что вентиляцию будут чинить через неделю. Сейчас, значит, осталось всего два дня.
— Что это значит? — растерянно пробормотал начальник.
— Вот уж не знаю! Просто умирающий человек попросил меня что-то сделать — и я это сделала. На сем — прощайте!
Эва развернулась и покинула кабинет.
Как она и рассчитывала, непробиваемой Эльзы Семеновны не было на месте.
Выйдя в коридор, Эва подумала, что заместителя директора Андрея Борисовича можно спокойно вычеркнуть из списка подозреваемых — он без своей замечательной секретарши не сможет найти собственный кабинет, не то что обворовать родную фирму.
— Все, ты выполнила свою задачу! — раздался голос в клипсе. — Выходи из офиса прежним путем.
Эва вышла из бизнес-центра, прошла квартал до стоянки, на которой оставила свою машину, села на водительское место и только теперь перевела дыхание.
Надо же, как, оказывается, сложно работать под прикрытием! Какого это требует нервного напряжения!
Она сняла с ушей радиофицированные клипсы и хотела убрать их в бардачок, как вдруг услышала Лилин голос:
— Не убирай, отдай мне.
