Требовал незамедлительного выяснения статус крошечного княжества Келдор к северу от Гвиннеда, ранее принадлежавшего родственнику Имре Термоду Рорау. За несколько недель до созыва Совета до Синхила дошли слухи о возникшем там конфликте между младшей ветвью дома Фестилов и его бывшим союзником Сигером. Тот в результате воцарился в Келдоре, прибавив княжество к своему исконному Истмарку. Сигер был достаточно рассудителен, чтобы понять — у него никак не хватит сил удержать приобретенные земли. В озерном крае Рэндалл сопротивление продолжалось; к Дерини этого района, приютившим двоих Фестилов, примкнули остатки армии Рорау. Весь Рэндалл фактически был неподвластен Сигеру. Они с Синхилом снова нуждались друг в друге, Фестилы и их приспешники должны быть окончательно добиты; покуда вновь не объединились с Торентом и не стали серьезной опасностью для Гвиннеда и смертельной угрозой для Сигера. К нему было решено спешно отправить констебля лорда Удаута и барона Торквилла с предложениями переговоров.
И все же не Сигер и не его авантюра в Келдоре занимали ум Синхила. Нимур отмалчивался. О короле Торента и событиях в его стране в последнее время почти ничего не было известно. Сотню своих знатных воинов, взятых в плен при Йомейре, Нимур выкупил, не торгуясь. Стало быть, нуждался в людях и золота на это не жалел. Но никто не угрожал Торенту извне, на границах было спокойно, некогда мятежные земли на юге и востоке пребывали в покорности. Для чего королю-Дерини понадобилось так срочно выкупать своих рыцарей? Не могла ли эта забота о вассалах быть приметой военных приготовлений Нимура против Гвиннеда? В конце концов где-то в Торенте под покровительством близких ко двору вельмож жил-поживал младенец-Фестил. Он подрастет и по наущению родни, весьма вероятно, заявит права на трон своего отца. А Нимур? Что удержит его от искушения использовать мальчишку для славы и могущества? Сколько преимуществ получит король Торента, водворив на трон своего ставленника?
И Синхил хотел быть готов к любому повороту событий. Начинать следовало с серьезных военных преобразований. У него должны быть войска, на которые можно положиться, выдвинутые к границам Торента и Истмарка.
Приступить к военной реформе немедля оказалось невозможно — солдаты будущих воинских частей были фермерами и крестьянами. Всю осень они собирали урожай, молотили, готовили хозяйства к зиме, а с первым весенним солнышком должны были снова оказаться в поле. Выучкой рекрутов по-настоящему можно было бы заняться только с окончанием сева. Временное отсутствие солдат не остановило Синхила, он озаботился тем, чему не мешала стужа.
Оружейники принялись ковать клинки, наконечники копий и клепать шлемы. Подмастерья корпели над кольчугами и оснащали кожаные доспехи стальными пластинами и кольцами. Владельцы собственной амуниции были обязаны в течение зимы привести ее в полный порядок и держать в готовности.
Мастера оперили тысячи гладких стрел из каленого дерева, которые от плохой погоды не искривятся и не потрескаются. В помещениях замка выдерживались срезанные загодя прутья из тиса и пекана, чтобы, когда придет срок, превратиться в тугие луки.
После осеннего забоя скота вовсю трудились кожевенники и шорники. Из кож шили куртки, нагрудники, шлемы и другие доспехи, кожей обтягивали щиты, из внутренностей свивали тетивы луков и канаты катапульт.
Джебедия и двое других членов Королевского совета — графы Фэнтан и Таммарон — приступили к долгосрочному плану создания хорошо вооруженных и дисциплинированных конных отрядов.
Джебедия считал, что прошедшие выучку всадники составят ударную силу королевской армии. Пока графы из Совета продумывали правила набора и программу обучения рекрутов, барон Хилдред и несколько других дворян совершали объезды лучших коневодческих ферм Гвиннеда, отбирая жеребцов и чистокровных кобылиц для намеченной программы по заведению в армии племенных табунов — Джебедия мечтал усадить свои отборные войска на самых рослых и быстрых коней. В сражении вместе с торентскими рыцарями было захвачено несколько р'касаннских жеребцов, союзники Эриеллы высоко ценили этих легконогих обитателей пустынь. Джебедия и Хилдред считали, что кровь благородных животных очень пригодится для будущей непобедимой конницы Гвиннеда.
В суете государственных дел у Камбера почти не оставалось времени. За несколько недель он сумел приспособиться, ежевечерне выкраивал около часа на собственные исследования. С благословения Кревана Эллина, при полном одобрении короля Джорем был назначен личным секретарем Камбера и поселен в комнаты по соседству с покоями прелата-канцлера в архиепископском дворце. Для Камбера и Джорема все решилось наилучшим образом.
Райс и Ивейн тоже объявились в столице, но вовсе не в результате отцовских интриг, а благодаря хлопотам королевы и профессиональной репутации Райса. Меган несколько месяцев убеждала Ивейн стать ее фрейлиной и предпочитала Райса другим придворным Целителям, хотя среди них были самые искушенные и многоопытные.
