82. Научая нас обращаться к Богу в молитве «Отче наш», Спаситель научает молиться и за всех братьев, за весь род человеческий. Этим вводится любовь – матерь всего доброго. Ни богатый более бедного, ни господин более раба, ни начальник более подчиненного, ни царь более воина, ни философ более варвара, ни мудрый более невежд, но всем Отец Небесный даровал одно благородство, единство чести и любви.
83. Подобает путем постоянного и чистого памятования иметь святую мысль о Боге в душах наших, как бы неизгладимую печать любви усыновления и единения любящего с любимым Богом.
84. Апостол Павел взывал:
85. Если бы все любили и были любимы, то никто никого не обижал бы, не было бы убийств, ни ссор, ни браней, ни возмущений, ни грабительств, ни любостяжания, никакого зла, и самое имя порока было бы неизвестно, и не было бы нужды ни в законах, ни в судилищах, ни в истязаниях, ни в казнях.
86. Мы не можем соблюсти никакой заповеди, равно как и самой любви к Богу и ближнему, если будем блуждать мыслью от одного к другому.
87. Заповедано не давать святыни псам и не бросать бисера перед свиньями (Мф. 7, 6), потому что люди душевные имеют покрывало на сердце и не разумеют премудрость Божию, которую даже из горних сил прежде никто не знал.
88. Христос пришел избавить от злых дел не только тело, но еще более душу, которую очищает благодатью, ибо во всем виновата развращенная воля. Если
89. Между славой настоящей и будущей такое же различие, как между сновидением и действительностью.
90. Между Ангелами и людьми невелико расстояние, если мы захотим утвердиться в добродетели.
91. Христианство требует и православного учения, и доброй жизни, а
92. Никто бы не остался язычником, если бы мы были христианами, как следует.
93. Господь хочет, чтобы христианин был для вселенной учителем, закваской, светом и солью, ибо все это приносит пользу другим. Учение делами убедительнее и достовернее, чем учение словами: одни смотрят на него, другие слышат о нем. И сила добродетели врагам заграждает уста.
94. У иудеев посредником был Моисей, как слуга в доме Божием, и им обещаны были земные блага – земля, кипящая медом и млеком, а у христиан – Сын Божий, и обещает нам житие на небесах – земное, телесное оставить, а принять духовное.
95. Тело – творение Божие, а тление и смерть введены грехом, если благодать упразднит тление и смерть, то даруется нам тело небесное, вечное.
96.
97.
98. Величайшее зло – смерть, – введенное диаволом, премудрость Божия обратила мученикам в честь и славу, ибо ею открывается рай.
99. Ты подвизаешься на земле, но награду получишь на небе, а здесь терпи. Если ты ищешь вечной славы, покоя и радости, то терпи бесчестие, скорби и отвергай временное.
100. Жизнь земная временная и скорби в ней временные, а будущая жизнь вечная и блаженство.
1. «Я признаю, – говорит святитель, – двух человеков, одного видимого и другого скрывающегося в видимом. У нас есть внутренний человек, и что составляет наше совершенство, мы имеем в разумной душе, так что тело есть только орудие души человека, собственно же человеком является то, что составляет душу».
2. Как о теле проявляешь великую заботу, так и о душе позаботься и одень ее.
3. У животных вся добродетель состоит в хорошем состоянии тела, а у человека – в благородстве души.
4. У людей душа разумная, а у животных – чувствующая.
5.
6. Бог учит разуму человека, научая различать доброе от злого, вредное от полезного.
