– Не скромничай, моя дорогая! Но, пожалуй, на этот раз я соглашусь. Мой друг, – Темный маг повернулся к Чиаро. – Думаю, стоит пользоваться моментом! Когда еще твой кубок наполнит внучка Старого Короля?
Потопал к столу, сел. Я же достала пять бокалов из темного граненого стекла. Взялась за пузатую бутыль бренди, вспомнив, как Осгорн зашвырнул подобную в огонь на кухне епископа. Неожиданно почувствовала прикосновение чужих рук. Вздрогнула. Сердце забилось, застучало заполошно. Нет, не Ильсар Шаррез! Повернулась. Магистр Ваз забрал у меня бутылку. Поставил на комод, вновь коснулся моих ставших безвольными рук. Улыбался, хотя вокруг светлых глаз залегли маленькие усталые морщинки.
«Мой! – промурлыкала драконица. – Наш!»
– Твой мучитель мертв, – произнес Чиаро.
«Прекрати, Аришша! – попросила я драконицу, прежде чем она вновь затянула известную мне песню. – Я уже знаю, что он – твой. Но не наш!»
– Если ты хочешь забыть об этом дне, я сотру твои воспоминания. Останется лишь легкое недоумение, которое, думаю, со временем забудется.
– Но…
– Драконья магия, – отозвался Чиаро Ваз. Взглянул мне в глаза. – Я уже делал подобное для той, кто мне дорог. С той, кого я любил, люблю и буду любить до тех пор, пока бьется мое сердце.
– Вы…
Мне хотелось, чтобы он ушел. Провалился сквозь землю. Исчез из моей жизни. При этом – чтобы вот так держал меня за руки. Всегда, везде.
– Отпустите меня, магистр Ваз. И никогда так больше не делайте! Я не шутила про монастырь…
Отпустил.
– Аришша, – невозмутимо продолжил он. – Я стер часть ее памяти. По ее же просьбе.
«О чем он говорит?» – спросила драконицу.
Она не знала. Я порылась в ее воспоминаниях, которые стремительно становились моими, вплетались в ткань моей жизни, словно я одновременно выросла в тишине Волчьего Дола и на зеленых островах Драконьего Королевства.
– Ничего не помню! – сказала ему. – Вернее, она… ничего не помнит.
Чиаро Ваз улыбнулся. Счастливо, спокойно. Морщинки разгладились, и я осознала – это был первый раз, когда мы разговаривали с ним об Аришше.
– Так и должно быть. Мы улетели в Кемир, чтобы начать все заново, – произнес дракон. – Я сделал все, чтобы Аришше ничего не напоминало о произошедшем в Заребе.
– А что произошло в Заребе? О чем она хотела забыть? – спросила у него.
Тут магистр Шаррез поинтересовался, где, демоны нас побери, его бренди. Затем появилась Милодара и позвала меня на кухню. Вернувшись, я обнаружила за столом Антора и Трисс. Магистры разговаривали о законниках, Магическом контроле и о том, что в Хольберг, скорое всего, прибудут важные шишки из храмового ордена и дознаватели из столицы. Магистр Ваз тоже участвовал в беседе, но… Между нами витал призрак незаконченного разговора. Хотя между нами и без него набралось слишком много призраков! Один из них – наполненная запахом роз и светом множества свечей комната, где…
Неожиданно раздался стук в дверь – мы обзавелись бронзовым молотком, похожим на тот, что я видела на двери дома магистра Шарреза в мой первый день в Хольберге. Молодой парнишка-посыльный принес письмо и сказал, что дождется ответа, если получатель того захочет.
Получатель, то есть я, сломала сургучную печать – распахнутые крылья – и уставилась в пергамент. То ли от усталости, то ли от нервов кружилась голова, и строчки прыгали перед глазами. Письмо было официальным, сухим, словно милорд Этар Хаас чувствовал, что буду читать его под перекрестьем множества взглядов, а потом меня еще и бесцеремонно спросят о содержании. Магистр Шаррез, как всегда, был совершенно неотразим… Тьфу ты, невыносим!
– Милорд Хаас взялся контролировать расследование, – сказала я мужчинам. Трисс, судя по выражению лица, витала в облаках, и ей было не до епископа, – несмотря на то, что недавно сложил полномочия. Он пишет, что банда Мавки поймана. Вернее, то, что от нее осталось. Рыжего мага, который нас похитил, пока еще не нашли, так же, как и отца Ферода. Зато в кабинете епископа обнаружили довольно интересную переписку. Милорд Хаас не вдавался в детали, лишь упомянул, что в столице ею, несомненно, заинтересуются.
– А дети? – спросила появившаяся в гостиной тетушка Чарити.
Она выглядела бледной в светло-коричневом платье, но такой же бодрой, как всегда.
– Детям в замке сотрут память, – произнес магистр Ваз. – Затем вернут в приюты.
– Да, – согласилась я. – Этар… Милорд Хаас упомянул, что попробуют найти и тех, кого епископ отправил на каторгу.
– Звучит неплохо, – отозвался противный магистр Шаррез. – Посмотрим, что выйдет из его благих намерений.
Еще была короткая приписка, которую я собиралась не доносить до общественности. Она предназначалась только для меня. Осгорн ранен, но рана его не смертельная. Пока что он находится в доме Этара, но ярл Хёнси готов взять его в свою команду. И еще…
«Я всегда буду рядом. Помни об этом. Этар».
