Он хмурится, отворачивается и начинает тихо материться на меня. — Пиздец. Полный пиздец. Я, значит, застрял с истеричкой, а он пошел развлекаться с солнышком. Скотина.
Я совсем не реагирую на его детские выходки. Вместо этого быстро захожу в лифт, все еще держа Бетани за руку, нажимаю на кнопку гаража. Я смотрю на Бетани и вижу, что она улыбается.
— Мог бы и его взять с нами…
— Неа. Он большой мальчик. Переживет.
Она смеется, а у меня на лице появляется самая большая ухмылка, пока спускается лифт.
* * *
— Так куда именно мы едем?
Я бросаю взгляд на Бетани. Она выглядит чертовски неземной с ее длинными волосами, ниспадающими по спине, а лучи заходящего солнца играют бликами в ее волосах.
— Слышала когда-нибудь о скалах?
Она отрицательно качает головой.
— Я нашел это место, когда только начал водить машину. Оно уединенное, с видом на океан, и это мое излюбленное место, куда я прихожу, когда мне становится слишком тяжело. Парни даже не знают, где это.
— Вот же черт, — шепчет она, заставляя меня взглянуть на ее потрясенное лицо.
— Что? Все в порядке, Tesoro?
Сердце бьётся, как сумасшедшее, когда думаю обо всем, что может пойти не так. Бетани просто ухмыляется.
— Ничего. Просто удивлена, что между вами есть секреты.
Дыхание, которое я не осознавал, что сдерживал, вырывается из меня.
— Господи, Tesoro. Нельзя так поступать с мужчиной. Черт возьми, я подумал, что-то не так.
Ее непрерывный смех, когда я паркуюсь, заставляет меня быстро поставить джип на стоянку, отстегнуть ремень безопасности и повернуться, чтобы пощекотать ее. Бетани смеялась, не переставая, пока я продолжал изводить ее, наконец попросила меня остановиться.
— Ладно! Прости, Джованни. Просто не смогла удержаться, чтоб не подколоть!
— Ты — маленькая дьяволица. Ты ведь это знаешь, да?
Она улыбается мне еще одной своей знойной улыбкой, и кровь с силой приливает к моему члену. Он пульсирует от моих мыслей, я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, пытаясь унять желание.
— О чем ты думаешь, Джованни?
Я медленно открываю глаза, чтобы увидеть ее насмешливый и такой же затуманенный взгляд. Че-е-ерт.
— Н-ни о чем, Tesoro.
— Врёшь. Ты хочешь меня поцеловать.
Проверка силы воли, началось.
— Может быть.
— Тогда почему бы и нет? — бросает она вызов.
И начинаю терпеть неудачу, начиная с три… два… один…
— Потому что, Tesoro. Если тебя поцелую, то не остановлюсь на одних поцелуях. Я буду неистово целовать твои губы, пока они не распухнут и не покроются синяками. И поцелуями дело не закончится, я буду исследовать твое соблазнительное тело, пока не запомню каждую точку, которая тебя возбуждает. Буду пожирать твою киску пальцами, языком и губами, пока ты не окажешься так близко к грани оргазма… затем остановлюсь ненадолго, только чтобы вогнать член глубоко в тебя. Я не остановлюсь, пока мы оба не выдохнемся от удовольствия настолько, что ни один из нас не сможет ходить целую неделю.
Мы просто смотрим друг на друга, оба с прерывистым дыханием, на мое признание. Член в джинсах до того чертовски твердый, напряженный, что грозит разорвать молнию. Губы Бетани приоткрыты, а безупречные аквамариновые глаза почти черные от желания. Черт, мои, наверное, тоже. Мы продолжаем смотреть друг на друга, не зная, куда двигаться дальше, и тут ее рука касается моего бедра, и я чувствую толчок. Черт возьми, я даже не заметил, как она пошевелилась.
К черту.
Я обхватываю ее за шею, запутываюсь пальцами в ее густых локонах, затем притягиваю ее к себе для сокрушительного поцелуя.
В тот момент, когда наши губы соприкасаются, клянусь, все остальное исчезает. Нет ничего, кроме нас двоих. Наши языки быстро переплетаются, и я стону от удовольствия. Ее вкус — как самое сладкое лакомство, и я мгновенно пристрастился к нему. Мои легкие горят от недостатка кислорода, но я отказываюсь прекратить ее целовать.
Мне нужно, чтобы она была ближе ко мне, я вожусь с переключателем на сиденье, чтобы освободить как можно больше места. Когда мне это удается, я быстро выхватываю Бетани с пассажирского сиденья и придвигаю ее к себе. Она вскрикивает от такой перемены, разрывая наш поцелуй, чтобы вдохнуть так необходимый воздух. Я просто смотрю на нее мгновение, очарованный ее красотой.
— Ты великолепна, Tesoro. Она краснеет и тянется за спину к завязкам своего комбинезона. Я хватаю ее за запястья, останавливая. — Ты же знаешь, что я не смогу остановиться, если ты это сделаешь.
Она лишь лукаво улыбается мне и прикусывает нижнюю губу жемчужными зубками. Клянусь всем, мой член набухает сильнее, не думал, что он способен на это.
Гребаный ад.
— Я знаю, Джованни. Я ни разу не просила тебя остановиться, верно?
Я с усмешкой отпускаю ее запястья, закидываю руки за голову и одариваю ее лучшей дерзкой ухмылкой, которую только могу придумать. — Справедливо, Tesoro. Продолжай.
Легкое сомнение отражается на ее лице, прежде чем она развязывает завязки на своем наряде. Когда медленно, мучительно стягивает его, чтобы освободить грудь, я понимаю, что под ним нет лифчика.
— Вот черт, — бормочу я, глядя на ее безупречные сиськи.