Особым свойством души Бандху было то, что рна переполнялась бхавой, как только слышал имя Радха. Поэтому вместо того, чтобы называть Радхику Радхика, он звал его Шарика[275]. Однажды он сказал ему: «Шарика! Послушай, каждый день после утреннего омовения принимай чатаку[276] сока листьев параболы вместе с одной толой[277] коровьего навоза». Радхика послушался и стал пить эту смесь.
В 1891-ом году, когда Радхике исполнилось пятнадцать лет, произошло одно очень важное событие. Фаридпурские поселения буно и саунтал долгое время пренебрегались индийским обществом и терпели ужасное к ним отношение, несмотря на тот факт, что они тоже принадлежали к индийской расе. Христианские миссионеры намеревались воспользоваться этим. Мистер Мид, христианский священник, попытался обратить их в баптизм. С помощью мистера Херберта, регионального судьи, он установил дату их крещения. Ни у кого не хватало смелости выступить против британского правительства и помешать им. Но Джагатбандху и Радхика не смогли это вынести. Они решили свести на нет все усилия мистера Мида и Харберта. В назначенный день крещения возле дома Джагатбанху по его зову собралась огромная толпа горожан с мридангами, караталами, раковинами, колоколами и флагами, чтобы выступить войной санкиртаны против христиан. Армия санкиртаны разделилась на семь больших групп и под воспевание Святых Имён двинулась маршем через город к месту поселения бунов и саунталов. Армия шла вперёд, и количество её солдат быстро росло. Учителя и студенты, идущие в учебные заведения, мужчины и женщины, спешащие на рынок за покупками, и владельцы магазинов, которые уже собирались открыть свои лавки, — все, забыв обо всём, присоединялись к санкиртане. Громыхание шестнадцати мриданг и звон огромного числа каратал, смешанных с возгласами «Харибол», вылетающими из бесчисленных ртов, сотрясали стены домов. Место ведущего певца занимал Радхика. Он пел и танцевал, украшенный слезами, дрожью и другими саттвика-бхавами. Остальных также переполняла бхава, они вторили запевале и танцевали вместе с ним. Джагдбандху всегда держался рядом с Радхикой. Когда того настолько сильно захлёстывала бхавой, что он подвергался риску потерять сознания и упасть под ноги толпы, Джагатбандху с расставленными в стороны руками приближался к нему вплотную и защищал от падения. Как только процессия достигла поселения бунов, те пришли в безграничное изумление, заслышав саикиртану, сотрясающую небо. Они автоматически втянулись в неё, подобно тому, как железо притягивается магнитом, и запели, и затанцевали вместе со всеми.
Джагатбандху сердечно обнял их лидера Раджанипашу. Последователи Джагатбандху также заключили в объятия остальных бунов. Благодаря объятию великого святого, Раджанипаша с такой силой исполнился бхавы, что упал без чувств на землю. Когда он пришёл в себя, то обнаружил своё сердце, полностью отданным во власть Джагатбандху. У его соплеменников также возникли подобные чувства. Они стали проклинать себя за потворство намерению англичан обратить их в христианство. В их сердцах заполыхал огонь раскаяния. Христианские миссионеры в смятении и разочаровании наблюдали происходящее.
После этого события Джагатбандху и Радхика Ранджан стали прославлены как два духовных сановника Фаридпура. Но в семье Радхики его известность послужила причиной небывалого возмущения родственников. Они стали думать, что он, начав открыто танцевать на улицах вместе со своим закадычным другом, полностью отбился от рук, поэтому его надо отправить из Фаридпура куда-нибудь подальше и таким образом лишить общества Джагатбандху. Итак, его сослали в Баришал, чтобы он жил со старшим братом Виершваром Бабу и изучал в толе санскрит.
Разлука с Джагатбандху тяжёлым бременем навалилась на ум и душу Радхики. Он теперь, ни с кем не разговаривал, всегда прибывая в молчании удручающего состояния. Никто не видел на его лице даже улыбки. Его аппетит также, казалось, покинул навсегда убитого горем юношу. Он пожаловался брату, что ему не подходит климат Баришала, и тот отправил его обратно в Фаридпур. Там Радхику устроили в толу Брахманаканда, которая находилась возле дома Джагатбандху, и он снова вздохнул новой жизнью.
В это время семейная обстановка в доме Радхики по сравнению с прошлой стала для него более благоприятной. Отец уехал в Варанаси, а братья, проживавшие в Фаридпуре, строго за ним не присматривали. Джагатбандху теперь решил организовать компанию проповеди Святого Имени. Как-то он сказал Радхике: «Шарика! Давай съездим в Пабану. В тех местах много святых».
