Карта Баба прожил сто четыре года. Он не тратил зря даже одной секунды — без служения Радхе и Кришне или вайшнавам. У него едва ли было время для самого себя. Ему не хватало времени даже для сбора мадхукари. Он собирал мадхукари только раз в два или три дня. Если у него был какой-то досуг после сева-пуджи, он тратил его на шитьё гадади (одеяло из обрезков) или, делая копии гутики для садху. Но даже тогда, когда Карта Баба, казалось, внешне занимался служением посредством материального тела, он был всё равно погружён в медитацию на лилы Радхи и Кришны. Иногда он был с такой силой поглощен бхаджаном, что терял сознание, и его внешняя активность сдерживалась на несколько часов. Как-то один киртания пришёл из Бенгалии, чтобы служить садху и вайшнавам посредством пения киртанов. Садху сказали ему: «Если ты сможешь удовлетворить Карту Бабу из Говардхана своим исполнением киртана, то будешь вправе думать, что совершил реальное служение». Киртания пришёл к Карта Бабе и обратился к нему с просьбой послушать его пение. Баба, только что принявший омовение и собиравшийся поставить на своё тело тилаку, вежливо ответил: «Баба! Где взять время для киртана?» Но потом, глядя на упорство посетителя, согласился: «Хорошо, пой, а я буду ставить тилаку». Киртания запел. Карта Баба налил немного воды на левую руку и стал растирать на ладони глину из Радхакунды для тилаки. Киртан рассказывал о лиле, относящейся к первому любовному свиданию Радхи и Кришны. Киртания пел киртан, а перед внутренним зрением Бабы разворачивалось действие лилы. Он так погрузился в лилу, что его правая рука, трущая глину, иногда двигалась, а иногда замирала. В конце концов, растирание прекратилось совсем. На Бабу нашло оцепенение, его ум полностью зафиксировался на лиле. Киртан начался в восемь часов утра и продолжался до четырёх часов дня. Когда пение закончилось, Карта Баба так и оставался без поставленной на тело тилаки.
В те времена святые Враджа обычно посылали своих учеников к Карта Кришнадасу Бабе для обучения аштакалья-лила-смаранам. Но Баба не принимал всех и каждого, а тренировал только тех, кто поднялся над уровнем обычных людей и обрёл способность контролировать чувства. Поэтому прежде чем принять кого-либо для тренинга, он некоторое время держал желающих в своём ашраме, чтобы выяснить их пригодность для бхаджана.
Однажды к нему пришёл садху и попросил шикшу в аштакалья-лила-смаранам. Баба хорошо принял его и предоставил место для проживания в ашраме. Ночью он дал вновь пришедшему садху кусок хлеба, предварительно размочив его в воде, поскольку хлеб, превратившийся в сухарь, был принесён в качестве мадхукари три дня назад. Затем Баба ушёл и сел неподалёку, наблюдая за садху. По выражению лица садху, получившего размоченный хлеб, Баба смог понять, что тот не годится для аштакалья-лила-смаранам. Он вернулся к нему и, претворившись, что дал ему это кушанье по ошибке, сказал: «О! Что я наделал?! Я дал тебе несвежий хлеб». Затем Баба дал садху свежий хлеб, а сам съел размоченный в воде.
А позже он сказал садху: «Ты всё ещё раб своего языка. До тех пор, пока человек привязан к миру чувств и к его наслаждениям, он не квалифицирован для рагануга бхаджана. Тебе надо продолжать практиковать ваидхи бхакти. Посредством практики ваидхи бхакти твоё сердце будет очищаться, и, когда желания чувственных удовлетворений полностью из него исчезнут, тогда ты можешь прийти ко мне за инструкциями по рагануга бхаджану».
До тех пор, пока Сидха Кришнадас Бабаджи из Говардхана был живой, Сидха Карта Кришнадас Баба жил на Говардхане, возле бхаджана-кутира Санатана Госвами на Манаси-Ганге. Место, где он жил, даже сейчас сохранило название Сидха Баба-ки-тхаура в честь его имени Сидха Бабы. После ухода Сидха Кришнадаса Бабаджии Карта Баба переселился в Нутан Гхеру на Радхакунде.
Однажды право на владение Радха-кундой стало предметом спора между бенгальскими садху, живущими в деревне Радхакунда и местными враджабаси. Враджабаси объявили: «Мы не позволим бенгальским садху даже прикасаться к воде Радха-кунды». Бабаджи из Бенгалии пришли к Карта Бабе и спросили, что им делать. Он ответил: «Нам не надо сражаться с враджабаси. Если Радхарани желает, чтобы мы не касались Радха-кунды, мы не будем этого делать». Садху подчинились его совету.
