– То и значит, что все равно потом в отеле окажешься, – и он рассмеялся своим очень неприятным вульгарным смехом, – такую снегурочку и я бы пригрел.
– Что вы себе позволяете? Лучше бы за дорогой следили, чем оскорблять, – возмутилась я.
– Ну извини, красавица, я вообще-то с комплементом. Обидеть не хотел, – продолжал водитель стрелять в меня похотливым взглядом, и в его голосе не слышалось и толики раскаяния.
Всю оставшуюся дорогу мы проехали молча. Надо же, он подумал, что я девушка легкого поведения. Мало ли, что я в клуб еду. Ночью. Одна … Ну, может я на день рождения еду … На свой. Ладно, у меня всего несколько часов и ничто не должно испортить мне настроение, и пускай этот таксист думает что хочет.
Оказавшись у входа, я заметила очередь из нескольких человек, двух из которых пускать не хотели. Ну вот, гляди теперь еще и меня тоже не пустят, в такой-то одежде. Когда компанию попросили, мягко говоря, идти своей дорогой, я совсем сникла. Сегодня же пятница, даже если бы я и принарядилась, в клубе, наверное, аншлаг. Подумала я, разглядывая себя в отражении окон. Но разглядывать-то особо нечего было потому, что мое внутреннее убранство в виде свитера и джинс, было спрятано под синим пальто, с маленьким норковым воротничком. И всю эту картину дополнял красивый узорчатый павлово-посадский платок на голове, который и делал меня очень похожей на снегурочку.
В этот момент прямо ко входу подъехал огромный лимузин, из которого стали вылетать девушки. Такие яркие, как маленькие птички колибри и все в разноцветных мехах. Они смеялись и, пританцовывая, двигались в сторону стеклянных дверей, за их идеальными телами едва просматривались двое мужчин, от вида которых у меня аж дыхание перехватило. Таких я только на обложках журналов и видела. И дело было совершенно не в их красоте, каждое их движение можно было ловить фотоаппаратом, не сомневаясь в том, что кадр будет идеальным. Недосягаемое божество, не иначе! Я тряхнула головой, и снежинки вспорхнули с моего платка, прогоняя грешные мысли. Я замужем вообще-то, напомнила себе. Пару секунд мои глаза были опущены, но потом я все же не удержалась, решив тайком еще раз взглянуть на великолепную компанию, и наткнулась на взгляд голубых глаз за моей спиной в отражении витражного окна и … утонула в них, ушла под воду с головой, забыла, как дышать. Это был лишь секундный выстрел в меня, сделанный мимоходом. Брошенный совершенно равнодушно, мужчина лишь лениво мазанул взглядом по моей персоне, а мое сердце уже попало в плен и трепыхалось как бешенное. Я посмотрела на себя в отражении. Лицо обдавало жаром, щеки раскраснелись, а огромные глаза светились голубым светом. И именно таким же голубым огнем горели только что глаза, проходящего мимо мужчины, как будто мы их в одном магазине покупали.
– Девушка, вы идете? – спросил меня охранник, видимо, ошибочно приняв меня за часть этой компании, и я, не став спорить, впорхнула за ними.
– Павлентий, да ты заколебал меня. Я тебе уже сказал, что не поеду на этот слет старых пердунов, – сказать, что меня ужасно бесил новоиспеченный помощник, это не сказать ничего.
– Максим Викторович, это не слет старых пердунов, как вы смели выразиться, а обязательное для посещения мероприятие поздравления ветеранов. Вы должны вести общественную жизнь, полную участия к таким категориям населения, и заручиться их поддержкой на предстоящих выборах главы, раз вы хотите стать кандидатом. И еще раз обращаю ваше внимание на то, что выражаться вам так, как вы выражаетесь сейчас, настоятельно не рекомендую, – его ровный, абсолютно безэмоциональный голос выбесит кого угодно, и я не исключение.
– Павлентий, да пошел ты со своими наставлениями, – я просто не выдержал, это был предел.
– Я так понимаю, мое последнее предложение вы не расслышали.
– Ну как же не расслышал. Даже собираюсь им воспользоваться. Павел Иванович, идите в жопу! Так лучше? – мой вкрадчивый шепот в начале предложения перерос в угрожающий в конце, и это подействовало. Его физиономия скривилась, и он вылетел из кабинета.
Я резким движением руки прошелся по волосам, и этот жест выдавал мою нервозность. Вспыльчивость была одной не из лучших черт моего характера, но я быстро остывал. И теперь плеснув в бокал вискаря, понимал, что зря так со своим пиарщиком.
В политику лезть я вообще не собирался, но мой друг и по совместительству партнер по бизнесу Сергей Волков, по прозвищу Серый, настоятельно мне рекомендовал этим заняться.
Наш совместный бизнес был нагло отнят одним из криминальных воротил города. Он шантажом заставил работать на себя нашего главного бухгалтера и медленно разорять все сферы бизнеса. Всеми финансовыми моментами занимался Серый, а я и не хотел вникать, и пока он был в Германии, разруливал проблемы, возникшие с продлением договора по поставке оборудования, наша главбушка усвистала.
