Она приняла это как намек удалиться; и подмигнула мне, будто знала что-то большее о том, что происходит, и позже она вынесет мне мозг. Отлично, просто отлично.
— Это все, что ты хотел мне сказать, или есть еще что-то, Лиам?
Веселье быстро сошло с его лица:
— Нет... гм… ладно, да, мы не сможем сделать это снова,— проговорил он, глядя в окно с грустью и сожалением в глазах.
Если он сожалеет, то значит что-то чувствует ко мне, правда? Это хороший знак, но я не могу сейчас отступать. Я слишком вовлечена в это, да и он стал частью меня, так почему его решение окончательно?
— Чье это правило? Твое? Я имею ввиду, ты все время целуешь окружающих девушек, говоришь им: мы связаны, а затем поворачиваешься и говоришь, что этого не должно случиться? — Я потрясла головой, встала из-за стола и пошла работать. Не могу справиться с этим прямо сейчас. Не на работе на глазах у всех. Он схватил меня за запястье, остановив.
— Это не то, чего я хотел... только... это сложно, Вероника.
Он смеется надо мной? Он что говорит мне это «дело-не-в-тебя-а-во-мне» дерьмо? Кажется, что-то человеческое в нем все-таки есть. Но чтобы вести себя по-человечески, ему надо было где-нибудь поучиться. Я рассмеялась.
— Ты сейчас серьезно, Лиам? — Сказала я, выхватывая у него свою руку.
Он снял очки и потер лицо. Затем он сжал переносицу так, будто устал от борьбы. Я заглянула в его рубиновые драконьи глаза и заметила что-то невозможное. Впервые я видела отблеск человека в них, его глаза были грустными.
— Что ты не рассказал мне, Лиам? — словно параноик спросила я.
— Слушай, ничего. Ты работаешь завтра? — он снова надел очки, что означало, что визит окончен. Он все сказал.
— Ты остановился в Доминионе? — я спросила, чтобы знать, если он рядом.
— Да. У нас с Девоном дела, личные дела. Могу я забрать тебя завтра, чтобы мы могли начать твою тренировку? — спросил он, вставая и натягивая капюшон.
— Нет, я не работаю завтра. Почему ты больше не остаешься со мной? Разве это не то, что ты говорил, ты должен сделать? — Я заглянула в его глаза в поисках ответа, но не смогла в них ничего увидеть с тех пор, как он одел очки и капюшон. Словно он пытался спрятать то, что я хотела знать.
— Потому что так легче.
Мы замолчали на несколько секунд.
— Отлично, тогда увидимся завтра,— я пошла прямиком в ванную комнату, чтобы не обернуться и не смотреть, как он уходит из ресторана.
Мне хотелось плакать от того, что он отверг меня сейчас и не поделился секретом, который держал в себе. Я проглотила ком в горле, умыла лицо холодной водой и привела в порядок свои эмоции. Я должна принять это.
Люди всегда, так или иначе, разочаровывали меня. Это то, что происходит со мной с рождения. Почему с Лиамом должно быть иначе? С другой стороны, это его работа, делать для меня только хорошее, а не плохое.
****
По каким-то причинам я снова находилась у водопада; и я знала, что это сон. В этот раз Лиам был в своем человеческом облике. Он лежал на траве, греясь около воды. Его руки лежали под головой, а глаза были закрыты. Он выглядел таким безмятежным и расслабленным.
Я направилась к нему; и заметила, что он был мокрым, это могло означать, лишь то, что он только что искупался. Капельки воды придавали ему сверкающий эффект и это напомнило мне Эдварда Каллена из фильма Сумерки. Всегда считала, что мужчины которые блестят, сексуальны. Лиам превзошел даже Эдварда Каллена.
Он захихикал, и я вспомнила, что он может читать мои мысли. Как неловко. Я хлопнула себя по лбу за то, что упустила эту маленькую деталь. Я опустилась рядом с ним, легла и стала смотреть на проплывающие облака, пытаясь угадать их форму. В эту игру я часто играла с отцом, когда была маленькой. Это максимум, что я могла вспомнить. И это было лучше, в данный момент, чем думать о том, как сексуально он выглядит мокрый.
— Зачем ты привел меня сюда? — Я наконец нарушила тишину, потому что мне хотелось узнать к чему этот визит. Минуту назад он твердил, что не может быть со мной, а сейчас вытворяет такое.
— Я полагаю, что просто буду проводить с тобой столько времени, сколько могу, так как время драгоценно для нас,— сказал он, все еще глядя на небо. Я повернулась посмотреть на него и отметила, какой же он на самом деле красивый.
Его длинные песочного цвета волосы, влажные в беспорядке лежали на его лице. У него были самые желанные губы; и даже щетина его была сексуальна. Полагаю, его что-то беспокоило, он был взволнован.
Он самодовольно улыбнулся:
— Если ты считаешь их привлекательными, Вероника, не стесняйся, поцелуй их.
Я оторвала взгляд от его губ; теперь он смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Его глаза никогда не были человеческими, и мне это нравилось. Я уже начала привыкать к ним.
Я снова посмотрела на его поразительные губы и провела языком по своим.
— Я не могу… я не… да что с тобой не так? В одну минуту ты хочешь держаться подальше от меня, а уже в следующую ты хочешь меня? Клянусь, если бы я не знала, сказала бы что ты дразнишь меня,— я быстро отвела глаза обратно на небо, игнорируя на его пристальный взгляд.
