— Прямо на военном совете, в день перед переносом мы повздорили с Эдом, и он, шутки ради, тешась своей властью надо мной, назначил меня стоять в дозоре на стене.
Брюнет горько усмехнулся.
— Лучше бы я подчинился… Но я был тогда так зол на брата! Я чувствовал себя униженным! Я до сих пор помню эти сочувственные и насмешливые лица присутствующих на совете старейшин и военачальников, — Велор сдвинул брови, и глаза его превратились в лед. — Я был в ярости, ведь
Я же, услышав имя ненавистной ведьмы, заскрежетала зубами.
— Объясни мне, — заплетающимся хмельным языком вымолвила я. — Как ты мог связаться с этой… — я недоуменно развела руками.
Велор, словно вынырнув из воспоминаний, поднял голову и взглянул на меня.
— Она показалась мне интересной женщиной, — просто ответил он.
Я поджала губы и осуждающе покачала головой.
— Ты совсем не разбираешься в людях, Велор, — я вновь отхлебнула из бутылки.
Что со мной происходило, я понять не могла. Внутри кошкой скреблась тоска, а дышать было так тяжело, словно многотонный груз вины давил прямо на мою грудь. И казалось, будто только эта коричневая жижа в бутылке может помочь мне забыться.
— Натана была магом-экспериментатором. Она любила… хм… нехорошие эксперименты, и некромантия была в их числе, — продолжил свой рассказ Велор, недовольно глянув на меня и снова отобрав у меня пойло. — А Федерации это не нравилось. У людей вообще всегда были довольно сложные отношения с магией… — протянул мужчина, а я с пониманием покачала головой. — И она нашла приют в Нур-Асера. Я познакомился с ней, и у нас закрутился роман.
Я высокомерно сощурилась, а Велор невесело засмеялся.
— Ну как роман… Никаких чувств я, разумеется, к ней не испытывал. Мы просто спали вот и все, — лукаво глянул он на меня, а я состроила презрительную гримасу. — В общем, я был в ту ночь с Натаной. Как я уже сказал, любви между нами не было, но я и помыслить не мог, что эта женщина способна предать меня! Я, наверное, был чересчур уверен в себе и глуп, — брюнет снова опустил голову и впился пальцами в волосы, растрепав свою эльфийскую прическу.
Мне вдруг нестерпимо захотелось коснуться его сникших плеч, провести по волосам… Но я, велев себе собраться, помотала головой и сделала что-то похожее на зарядку для глаз, желая избавиться от наваждения.
Велор немного помолчав, продолжил повествование.
— Натана вела двойную игру. Она намеренно все это время вилась подле меня, подобно змее. Уж не знаю, что пообещала ей Федерация… Наверное, прощение всех грехов и возвращение на родину, а может, золотые горы… не знаю. Но в ту ночь, благодаря этой женщине, готовилось покушение на главного советника короля, а, следовательно, ликвидации подвергалась и вся его семья.
— Но почему нельзя было напасть сразу на короля? — искренне недоумевая, перебила я Велора,
— Дворец охранялся так, что мышь не смогла бы проскочить незамеченной. Даже элитный отряд лучших убийц со всех шести континентов потерпел бы сокрушительное фиаско. А мы, благодаря неудачному покушению, получили бы веские основания для предъявления претензий людям и объявления их агрессорами. Они напали бы негласно, без официального объявления войны. На Иппоре так не принято. Нас, как потерпевшую сторону могли поддержать многие расы. Демоны и драконы уж точно выступали бы в этой непременно разразившейся войне на нашей стороне, — спокойно пояснил Велор. — Поэтому убрать умного и расчетливого советника, без которого король, как демон без рогов, а также всех его правопреемников, было гораздо умнее и дальновиднее. Да и мало ли кто решил покуситься на моего отца! Недругов у него, скажу честно, было предостаточно. Как в Нур-Асера, так и за его пределами.
«Как все в этих войнах непросто…» — подумала я.
