Связанные честью полностью

– Ты прав. Но Ария будет жить под моей крышей до свадьбы, и хотя честь запрещает мне поднять руку на нее, придется найти способ, чтобы она подчинилась. – Он сердито посмотрел на Джианну и ударил ее во второй раз. – За каждую ошибку, Ария, твоя сестра будет принимать наказание вместо тебя.

Я сжала губы, на глаза навернулись слезы. Я больше не буду смотреть на них, пока не возьму себя в руки, скрывая свою ненависть.

– Умберто, отведи Джианну и Арию в их комнаты и проследи, чтобы они оставались там.

Умберто спрятал свой нож и жестом приказал нам следовать за ним. Опустив голову, я прошла мимо отца, таща за руку Джианну. Она напряглась, когда мы переступили через кровь и отрубленный мизинец на деревянном полу. Я посмотрела на Раффаэле, который зажимал кровоточащую рану. Его руки, рубашка и брюки были залиты кровью. Джианну снова затошнило.

– Нет, – твердо велела я. – Посмотри на меня.

Она отвела взгляд от лужи крови и взглянула на меня. В ее глазах стояли слезы, а из раны на нижней губе сочилась кровь, заливая подбородок и пижаму. Я сжала руку сестры. Я здесь ради тебя. Наши взгляды встретились.

– Женщины, – насмешливо сказал мой отец. – Они даже вида крови вынести не могут.

Я практически чувствовала на спине прожигающий взгляд Луки. Джианна вытирала кровь с губы, пока мы быстрым шагом пересекали коридор и поднимались по лестнице.

– Я ненавижу его, – прошептала она. – Я их всех ненавижу.

– Тсс. – Я не хотела, чтобы она так говорила при Умберто. Хотя он и заботится о нас, он солдат моего отца.

Мне не хотелось оставлять ее одну. И сама я не могла находиться в одиночестве. Но когда я попыталась войти следом за Джианной в ее комнату, Умберто остановил меня.

– Ты слышала, что сказал твой отец.

Я подняла глаза на Умберто.

– Мне нужно помочь Джианне остановить кровь.

Умберто покачал головой.

– Ничего страшного с ней не случится. А вот когда вы остаетесь вдвоем в одной комнате, то вечно случаются неприятности. Как думаешь, разумно сегодня еще сильнее злить вашего отца?

Умберто закрыл дверь комнаты Джианны и легонько подтолкнул меня в сторону моей, соседней.

Я шагнула внутрь, затем повернулась к нему.

– Когда несколько взрослых мужчин спокойно смотрят, как один из них бьет беззащитную девушку, это и есть пресловутое мужество мафиози?

– Твой будущий муж остановил твоего отца.

– От удара по мне, не по Джианне.

Умберто улыбнулся, как будто я сказала ребяческую глупость.

– Лука может командовать в Нью-Йорке, но мы в Чикаго, и твой отец Консильери.

– Ты восхищаешься Лукой, – недоверчиво пробормотала я. – Ты видел, как он отрезал палец Раффаэле, и все равно восхищаешься им?

– Твоему кузену повезло, что Тиски не отрезал ему кое-что другое. Лука сделал то, что должен сделать каждый мужчина.

Может быть, каждый мужчина в нашем мире?

Умберто погладил меня по голове, словно котенка.

– Иди спать.

– Ты будешь охранять мою дверь всю ночь и следить, чтобы я не сбежала? – спросила я с вызовом.

– Привыкай. Теперь, когда Лука надел кольцо тебе на палец, он обеспечит тебя круглосуточной охраной.

Я захлопнула дверь.

Охрана. Даже на расстоянии Лука будет контролировать мою жизнь. Я думала, что до свадьбы для меня ничего не изменится, но теперь все знают, что означает кольцо на моем пальце. Мизинец Раффаэле стал предупреждением. Лука заявил на меня свои права и будет отстаивать их любой ценой.

Той ночью я не погасила свет, боясь, что в темноте мне приснится кровь и отрезанные пальцы. Однако, несмотря на включенный свет, мне приснилось кошмары.

Изо рта вырвалось облачко пара. Даже теплое пальто не могло защитить меня от промозглого холода чикагской зимы. Под ногами хрустел снег. Я плелась позади матери к кирпичному зданию, где находился самый роскошный свадебный магазин на Среднем Западе. Умберто следовал за мной незримой тенью. Второй солдат моего отца, замыкая процессию, шел за моими сестрами.

Мы миновали вращающиеся латунные двери и оказались в ярко освещенном зале магазина, где хозяйка и две ее помощницы тут же бросились к нам со своими приветствиями– С днем рождения, мисс Скудери, – нежно пропела хозяйка.

Я вымученно улыбнулась. Мой восемнадцатый день рождения должен был стать праздником. Вместо этого он лишь шаг приблизил меня к свадьбе с Лукой. Я не видела Луку с той ночи, когда он отрезал палец Раффаэле. Он отправлял мне дорогие украшения на мои дни рождения, рождественские праздники, Дни святого Валентина и годовщину нашей помолвки, но этим ограничивались все наши с ним контакты за последние тридцать месяцев. В интернете я видела его фотографии с другими женщинами, но скоро всему этому придет конец, как только информация о нашей помолвке появится в прессе. По крайней мере, на публике он больше не сможет появляться со своими шлюхами.

Я не обманывала себя, думая, будто Лука не спит с ними. По правде говоря, мне было плевать. Надеюсь, что пока у него есть другие женщины для секса, он не станет рассматривать меня как источник наслаждения.