– Я так рада, что ты здесь, – прошептала я.
Она кивнула, затем отклонилась назад, вглядываясь в мое лицо.
– Синяков не видно, – нарочито громко сказала она, бросив взгляд на Луку, стоявшего позади меня. – Ты бьешь только по тем местам, которые прикрыты одеждой?
Я одернула ее руку и уставилась многозначительным взглядом.
– Возьми свой багаж, – сказал Лука. – Я не хочу торчать здесь всю ночь.
Джианна свирепо посмотрела на него, но взялась за ручку чемодана и прикатила его к нам.
– Джентльмен помог бы мне.
– Джентльмен – да, – ответил Лука, фальшиво улыбнувшись.
Пока возвращались к машине, я не выпускала ладонь Джианны. Лука шел на несколько шагов впереди и молча уселся за руль.
– Да что с ним такое? Он еще больший мудак, чем мне запомнилось.
– Я думаю, это из-за того, что у него проблемы с русскими.
– Разве это не обычное дело? – Джианна закинула чемодан в багажник, и мы уселись на заднее сиденье.
Лука выгнул бровь, взглянув на меня:
– Я тебе не водитель. Садись вперед рядом со мной.
Я была озадачена его грубостью, но сделала, как он сказал, и пересела на переднее сиденье. Джианна взорвалась:
– Ты как с ней разговариваешь…
– Она моя жена. Я могу говорить и делать с ней все, что захочу.
Я нахмурилась, а Лука повернулся ко мне, встретив мой пристальный взгляд. Я не могла понять это выражение его глаз. Он снова отвернулся, уставившись на дорогу.
– Как Лили и Фаби?
– Бесят ужасно. Особенно Лилия. Она не прекращает говорить о Ромеро. Она влюбилась в него.
Я засмеялась, и даже губы Луки дернулись. Не знаю, зачем я потянулась и положила ладонь ему на бедро. Он быстро скользнул по мне взглядом и накрыл мою ладонь своей. Джианна не сводила с нас глаз, и я не сомневалась, что она завалит меня вопросами, когда останемся наедине.
Аромат жареной баранины с розмарином встретил нас на пороге пентхауса.
– Я попросил Марианну приготовить что-нибудь вкусное на ужин, – сообщил Лука. Джианна удивленно вскинула рыжие брови.
– Спасибо, – поблагодарила я.
Лука кивнул.
– Покажи своей сестре ее комнату, и затем мы можем поесть, – сказал он и скрылся на кухне. Лука по-прежнему вел себя отстраненно и скованно.
Я привела Джианну к ее комнате, но она дернула меня внутрь и закрыла дверь:
– Ты в порядке?
– Да. Я говорила тебе по телефону. Все хорошо.
– Я предпочитаю видеть твое лицо, когда ты говоришь это.
– Джианна, я тебе не лгу.
Она схватила меня за руку:
– Он заставил тебя переспать с ним?
– Нет, ничего такого. И я еще не переспала с ним.
Она выпучила глаза.
– Но что-то произошло между вами двумя. Я хочу подробности.
Я отстранилась:
– Сейчас пора поужинать. Марианна рассердится, если еда остынет. Мы можем поговорить завтра, когда Лука уедет по делам.
– Завтра, – кивнула Джианна.
Открыв дверь, я проводила ее в столовую, где окинув взглядом окружающую обстановку, Джианна прищурилась, увидев, кто еще собирается ужинать с нами. Маттео. Они с Лукой стояли возле стола, обсуждая что-то, но разошлись, когда заметили нас.
– А он что здесь забыл? – спросила Джианна, наморщив нос.
Маттео подошел к ней, расплывшись в акульей ухмылке, и взял ее за руку, собираясь поцеловать.
– Рад снова видеть тебя, Джианна.
Джианна отдернула руку:
– Не трогай меня.
Ей следовало прекратить провоцировать Маттео: его это порядком заводило. Мы с Лукой сидели рядом, а Маттео – около Джианны. Мне показалось это не самым лучшим решением. Я поглядела на Луку, но он не сводил внимательного взгляда с брата и моей сестры.
Марианна суетилась вокруг стола, подавая жареную баранину, картофель с розмарином и зеленую фасоль. Мы ели в тишине, но недолго – пока запас примерного поведения у Джианны не иссяк, и она не выпалила:
– Почему ты раздавил горло тому парню?
Я отложила вилку, ожидая, что Лука взорвется, но он только откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.
Джианна вздохнула:
– Ну же. Что это за военная тайна такая? Ты из-за этого получил свое прозвище.
Маттео усмехнулся:
– Тиски крутая кличка.
Лука покачал головой:
– Я ненавижу его.
– Ты заслужил его, – с гордостью сказал Маттео. – Теперь расскажи им историю, или это сделаю я.
Мне уже давно было любопытно узнать об этом. Никто из чикагской мафии не спешил делиться со мной подробностями, а спросить Ромеро я пока не решалась.
– Мне было семнадцать, – начал Лука. – У нашего отца много братьев и сестер, и один из моих кузенов поднялся в иерархии мафии вместе со мной. Он был на несколько лет старше, мечтал о должности Капо. Поскольку ему было известно, что мой отец отдаст предпочтение мне, он пригласил меня в свой дом и попытался воткнуть мне нож в спину. Нож только слегка задел мне руку, а я, получив возможность, зажал руками его горло и задушил.
– Почему ты не застрелил его? – спросила Джианна.
– Он был членом семьи, а в то время принято было оставлять оружие, когда входишь в дом члена семьи, – холодно ответил Лука. – Теперь уже нет, конечно.
