Связанные обязательством полностью

– Иллабис? – Канн прищурил один глаз, когда в него попала кровь со лба.

– О, ты ещё жив? – Иллабис изобразил глубокое изумление. – Хотя язык не поворачивается так сказать, – добавил он, пробежавшись по принцу взглядом. – Тебе стоит поскорее перевязать раны.

Голос Иллабиса доносился до Канна сквозь звон в ушах. Он старался вырвать из шума каждое его слово по отдельности, чтобы понять их смысл.

– Где… Кэсси? – с трудом проговорил он, резко шагнув навстречу Иллабису. Он попытался схватить его за грудки, но вместо этого едва не потерял равновесие.

– Эй-эй, полегче, – Иллабис подхватил принца за плечи, не дав ему упасть. – С ней всё хорошо, понял?

Но молчание принца затянулось, а его взгляд рассеянно блуждал по стенам коридора. Парень в маске схватил его голову, заставив принца сфокусировать внимание на себе, и, глядя прямо в глаза, повторил: – Ты меня понял? – Его голос прозвучал немного суровей, чем следовало бы. Какая-то часть Иллабиса была даже рада, что принц наконец получил по заслугам.

– Я понял… – пробормотал Канненсис.

Бездонные глаза Иллабиса недоверчиво сузились, но всё же отстранился от принца и, ничего не сказав, направился дальше по коридору в сторону Тронного зала.

– Скажи, где она? – прокричал ему в след принц.

– Подальше от тебя, – ответил Ищейка, даже не обернувшись.

глава двадцать восьмая

II

Возможно, это было впервые, когда Сибус испытывал такой неистовый гнев. Он всегда умел держать себя в руках, даже в самых непредвиденных ситуациях. Всегда сохранял хладнокровие и ясность ума. Старался подавить любое проявление злости. Конечно, из-за постоянного сдерживания случались минутные срывы – в основном подобное происходило в присутствии Канненсиса, который волей-неволей являлся причиной всех его бед, – но самообладание брало верх над внезапной вспышкой ярости. Быть может, эта ярость тоже была их семейной чертой, передающейся по наследству.

Неважно, каким он был раньше. Сейчас это не имело значения. Его брат неподвижно лежал на зеркальном янтарном полу, истекая кровью. Сибус чувствовал, что он всё ещё жив, но уже находился на грани. И в этом виноват был лишь Он! Красная пелена ярости затмила разум, и Сибус позволил ей его подчинить. Его захлестнул поток Древней Силы, затопив его изнутри, и теперь он прорывался наружу.

– Какая неожиданность! – прогремел Амареон-Пэй. Брезгливо поморщившись, он перешагнул через человеческое тело своего полумёртвого сына и встал напротив Сибуса. – Не думал, что ты присвоишь себе Силу, принадлежащую мне по праву. Я мог ожидать подобного от твоего непутёвого взбалмошного братца, но только не от тебя. Я ведь даже гордился тобой…

– Гордился?! – Сибус не узнал собственный голос. Этот утробный рык, раскатистый, словно внезапный гром среди ясного неба, пусть и исходил из его уст, никак не мог принадлежать своему владельцу. Это был голос зверя, рвавшегося наружу. – Не смеши меня. Ты даже не желал признать во мне сына! Засунул в катакомбы, подальше от своих глаз. Эта внешность… моё проклятье! Если бы не это сходство с могучим Владыкой, я бы жил свободно, не страшась выйти наружу, чтобы не осрамить Великого правителя!

– О, ты и представить себе не можешь, насколько ты теперь похож на меня. Эти глаза, это лицо, эти рога… – он втянул в себя воздух, словно с наслаждением вдыхал аромат изысканного напитка. – Эта ярость…

Острая мимолётная улыбка и искра злорадства в глазах Владыки Теней только больше злили и раздражали сидящего внутри зверя. Сибус вытянул вперёд руку вместе с глефой, направив один из широких острых клинков в сторону отца.

– Раз уж наше сходство становится всё явней, может, мне стоит занять твоё место? Ведь Сила, что теперь течёт по моим венам, может принадлежать лишь Владыке Мира Теней!

В мгновение ока лезвие глефы оказалось прижатым к горлу Амареон-Пэя, своего бывшего хозяина. Однако Владыка не выказал ни тени страха. Он оставался на удивление спокоен.

– Тебе ведь просто нужно моё признание, я прав?

Сердце Сибуса дрогнуло. Слова Владыки попали прямо в точку. Единственное, чего он желал долгие годы – чтобы отец наконец-то признал его как своего сына. Не поэтому ли он строго следовал наказам Амареон-Пэя, выполнял все его поручения? Не поэтому ли он так завидовал младшему брату? Да, так оно и было.

– Если ты вовремя остановишься и вернёшь украденное, – продолжал Владыка, – я признаю тебя. Ты займёшь место наследника престола вместо Канненсиса.

Имя брата вернуло Сибуса в чувства. Он пришёл сюда отнюдь не за отцовским признанием. Его цель была – спасти брата. Этим он сейчас и займётся.

Канненсис по-прежнему лежал в стороне без движения. Бифомис пока был не в состоянии выполнить поручение, но Сибус очень надеялся, что его стычка с Адорой не затянется надолго. Если же нет, то он сам должен поторопиться и расправиться с Владыкой.

– Доставай своё оружие! – прорычал Сибус, отстранившись от Амареон-Пэя и не сводя с него клинка глефы. – Я дам тебе возможность защищаться.