Елена облегченно вздохнула и закрыла глаза. Ее ранее затрудненное дыхание успокоилось. Морган повернулась к Расти, печаль сковала ее горло.
— Ты прав. Она не продержится долго. Я останусь в доме, пока она не умрет.
— Пойдем, я сделаю нам кофе.
Расти вышел из комнаты. Она встала и пошла за ним, прикрыв за собой дверь.
Она остановилась в гостиной, когда увидела, что передняя дверь открыта. Там был другой мужчина из фургона, имени которого ей не сказали.
— Она здесь, — сказал татуированный мужчина.
— Адонис, — сказал Расти. — Я никогда не говорил тебе, что это хорошая идея – приводить ее сюда.
Адонис. Морган посмотрела на большого парня в татуировках, пирсинге на всей голове и лице и решила, что очевидно его имя не очень хорошо продумано.
— Ты хотел, чтобы кто-то вылечил, Елену! — прошипел Адонис. Он смотрел на Морган злым взглядом. — Все, что я должен был пообещать, что эта девушка ведьма. Ты уже привел ее сюда. Двух зайцев. Одним выстрелом. Врубаешься, старик?
Спина Морган наконец-то расслабилась. Она была рада, потому что казалось, что у нее какие-то неприятности, а мобильный телефон она оставила в машине, спеша добраться до умирающей Елены.
— Она помогла Елене отдохнуть. Впервые за месяцы она заснула без боли, Адонис!
— Слишком поздно что-то менять. Сильвана уже здесь.
Морган взглянула на вход, в который вошла незнакомка. Она была высокой, стройной и красивой, с длинными волосами и глазами цвета воронова крыла. Ее взгляд нашел Морган и остался там.
— Итак, ты - та самая, — сказала женщина мягким, суровым голосом.
— Та самая? — Морган расширила свою позицию, осознав, что эта женщина была злой не только из-за ее ауры, но и от того, что видела.
Тогда произошло то, что Морган никогда не испытывала в своей жизни. Она увидела прошлое. Увидела прошлое Сильваны. Изображения мелькали так быстро в ее уме, что были почти размыты. Пока они не добралось до нее и Тора. Затем это было похоже на просмотр фильма в ускоренной перемотке. Она увидела, услышала и запечатлела все, как будто сама была там.
— Новая игрушка Тора.
Морган ухмыльнулась.
— Нет. Я не его новая игрушка. Он потрясающий человек, но я никогда не буду играть с ним или его эмоциями.
Сильвана подняла руки и спихнула все, людей и мебель за пределы, оставив большое открытое пространство, где стояли только она и Морган. Это была ведьма, для которой была сделана корона Ведьмы.
—
— Ты никогда не говорил, что она собирается убить ее! — крикнул Расти Адонису.
— Откуда, черт возьми, я должен был знать? И в любом случае, какое это имеет значение? Если она может спасти Елену?
Глава 25
Морган покачала головой и уставилась на ведьму. Морган должна бояться. Она знала это, но что-то говорило ей не беспокоиться. Что все будет хорошо.
— Она не поможет Елене, Расти. Прости. Она здесь только, чтобы убить меня. — она взглянула на Адониса, сдерживаемого кучей мебели. — И тебя тоже. Она знает, что смертью Расти, будет наблюдение за смертью любви всей его жизни.
— Очень хорошо, маленький эмпат, — сказала Сильвана. — А теперь скажи мне кое-что еще. Он тебя трахнул?
Морган подняла брови.
— Я действительно не думаю, что это твое дело.
Впервые с момента ее появления, Сильвана показала свои эмоции. Яростью зажглись ее глаза в красные омуты.
—
Она смотрела в глаза Морган. Морган чувствовала, как Сильвана проталкивается ей в голову. Морган хотела сказать ей, убираться, но затем решила просто отгородиться от нее стеной. Сначала в камне. Затем в бетоне. Затем кирпич. Дерево. Массивные стены строились в ее уме, чтобы остановить ведьму от копания в ее голове.
— Строй все стены, какие хочешь, маленький эмпат. Я уже знаю, что он трахнул тебя. — Сильвана снова подняла руки, и круг огня окружил их. Кто-то шептался в голове Морган. Она пыталась не слушать, пока не поняла, что это ее Тор.
Она хотела спросить, как он оказался в ее голове, или как узнал, где ее найти, но вместо этого, сосредоточилась на большом обеденном столе ручной работы, который выглядел весом в несколько сотен фунтов. Он находился на ее стороне. Стол начал дрожать, пока она смотрела на него.
— Она собирается убить всех нас, если мы не уберемся отсюда, — сказал Адонис Расти.
— Я не оставлю эту женщину, не тогда, когда она мне помогла. Кроме того, Елена лежит в постели, подключена к болеутоляющим средствам!
— Как знаешь, — зарычал Адонис и попытался направиться вверх по лестнице.