Ну почему, все попаданки, как попаданки, а я… Правильно говорят — мысли материализуются. Прежде чем что-то произнести, подумай хорошенько. Как можно было попасть в тело кошки? А я скажу — не подпевайте, когда сидите в машине. Я вот допелась. Теперь я кошка в магическом мире, которую поймали, запугали и привязали к весьма неприятному боевому магу, который, к тому же наотрез отказывается понимать, какое счастье свалилось ему на голову.Конечно, при ближайшем знакомстве навязанный кадет не так уж и плох. Но директор его академии с его проницательностью и умом, опасные знакомства с хищниками и неопределённые планы на будущее — эх, жизнь моя жестянка… Остаётся лишь взять себя в ру… лапы и терпеть. И привыкать жить в новом мире… в новом теле… по новым правилам… Ан, нет, правила менять не хочу!
Понедельник — день тяжёлый. С самого утра всё пошло не по графику: будильник не сработал — зараза такая! Но я не расстроилась, потому что внутренние часики подняли меня почти вовремя. Ладно, все, что не по графику — на фиг, на фиг. На работу пришлось собираться впопыхах и как следствие — рваные колготки были заменены на брюки с пятном на мягком месте. Ничего, надену длинный кардиган, никто не увидит. Соответственно кофе пила на ходу, пока прогревала своего «Купера» — это моя новенькая, взятая в кредит машинка. Всё, как я хотела: чёрная, с двумя красными полосками посередине капота, красной крышей и такими же зеркалами. Красавчик! Ничего осталось полгодика и ты весь мой. Езжу я аккуратно, всё-таки кредит, поэтому за рулём на мелочи не отвлекаюсь, я даже по телефону не разговариваю. Вот и сегодня, кофе допила, машинку завела, музыку включила, и поехали потихонечку. О! Какая старенькая песенка. «Да, конечно, сложно, Но ещё возможно», — Сердце прошептало. Я сказала
— Наверно! В следующей жизни! Когда я стану кОшкой на-на-на-на. Навернооо…
Загорелся мой светофор, и я только тронулась, даже не успела вдавить педаль… Удар… Боль такая, что дух вышибло напрочь. Не могу сделать вдох. Грудь тисками сдавило. В ушах шум прибоя… или это кровь? Блин, ремонт ещё… В глазах потемнело, ни черта не видно. Всё мелькает перед глазами, словно мошки какие. Я лечу. Только не вниз и не вверх, а вперёд. Тело ломит, аж, кости выкручивает, но я продолжаю двигать конечностями, словно бегу на четвереньках. Впереди просвет, метнулась туда, влетела в листву, приземлилась на мох. Бежим! Побежала. За спиной раздался злобный рык и я, как бы мне не хотелось сейчас свалиться и притвориться мёртвой, ускорилась. Куда бежим? Поваленное дерево… Пролетела под ним и чуть не угодила в пасть какому-то зверю. Клац. Поймал воздух. Ха! Я жить хочу, животное! Ай!
— Попалась, мелочь!
Огромный малый, тащил меня за мерцающий шнур, который обхватил мою шею как лассо. Я упиралась в землю лапами, пытаясь скинуть с себя удавку, но эта штука начала меня душить. Лапами?! Меня вздёрнули за шкирку, как котёнка.
— Пшшш… — Что это? Это я что ли такие звуки издаю? Боже, мне это снится?
— Смотри, какая диковинная нечисть?
Нечисть? Сам ты нечисть! Что там у меня, лапы? Подняла, посмотрела. Правда. Кошачьи лапы. Лапы! Значит, когти есть. Где они? А! Вот они! Что там кошки делают? Качнулась вперёд, размахивая перед его носом когтистой лапой в попытке дотянуться до его лица.
— Пшшш… — Иди сюда, зараза такая великовозрастная, я тебе сейчас твой фейс подпорчу! — Пшшш… Мя-яу-у! — Больно! Изверг!
Второй тощий засранец перевязал мне все четыре лапы вместе и подвесил вверх тормашками, рассматривая меня со всех сторон. Больно? Во сне боль чувствуешь? Только когда реально что-то болит. Получается у меня руки и ноги болят? Почему? Бли-ин… Авария! А я ещё кредит не выплатила…
— Интересная зверушка. — задумчиво произнёс он. — И кто ты у нас такая?
— Кто? Кто? Конь в пальто! Мя-яу-у! — Ай! Больно! Изверг! Ха! Не ожидал, что я говорить могу? Я то же…
Меня уронили на землю и сейчас рассматривали с удвоенным интересом. Ещё и спина теперь болит… Меня парализовало?
— Только палкой тыкать в меня не надо. — прохрипела, дыхание от падения ещё не восстановилось. А говорят, что кошки всегда приземляются на лапы. Врут. Безбожно врут.
— Высшая, — прошептал первый
— Говорящая, — так же протянул тощий.
— Угу. Отличаюсь от вас умом и сообразительностью. — Наверное… Что-то соображаю я пока плохо.
— Дим, слушай, — задумчиво проговорил первый, — ведь скоро посвящение…
— О, только не говори, что ты хочешь взять себе это, — с брезгливостью посмотрел на меня худенький.
— Не себе. Думаю, Ден будет рад такому подарку. — Такому подарку, как я, все будут рады, но только мало кто об этом знает…
— Скорее он нас убьёт, — прошептал худенький и умненький, походу. И прав будет. Вот только лапы мои развяжите, я то же вас убью…
— Это если он узнает, а он ведь не узнает… — Конечно, он всё узнает…
— Я честно, честно не скажу. — Так делаем глазки честные, как кошки умеют, после того как испортят что-нибудь, и головой для убедительности киваем. Киваю радостно, активно.
— Клянись!
— Клянусь. — продолжаем кивать или уже достаточно?
— Ты издеваешься?! — взревел первый, я, аж, головой перестала трясти и уши прижала. — Клятву давай!
Клятву! Клятву! Заладил. Другие слова у этой клятвы есть?
— Лапы развяжи и дам. — Потом догоню и ещё поддам.
— Дураков нашла? — спросил худой и я по привычке кивнула, потом резко замотала головой из стороны в стороны. — Жить хочешь?
Пфф. Кто ж не хочет? Все хотят. Опять активно закивала.
— Повторяй, давай, раз такая говорливая.
И я повторила, ни черта не понимая. Вот ничему меня жизнь не учит. Какого лешего я повторяла? Стоило сорваться с моих губ… усов последним словам, как боль вернулась. Лапы скрутило раскаленным жгутом так, что я взвыла бы, как раненый зверь, если бы мне не перехватило дыхалку. От нехватки кислорода и невыносимой боли на этот раз, я всё-таки отключилась.
