- Като-чан... – тихо выдохнул мальчик, поднимая на Като затравленный взгляд. Он отпустил рукав, позволяя парню зачерпнуть ладонями ядовито-желтую жидкость. Отражение в ладошках, искажаясь, пошло волнами, когда Като поднес их к лицу. Скоро, совсем скоро, он заставит насильников заплатить. Делик снова будет улыбаться... На мгновение парень прикрыл глаза, а потом отхлебнул жидкость из сложенных лодочкой ладошек. Вкус оказался странным, немного соленым, но приятным. Като почувствовал, как его повело. Мало, нужно еще. Он зачерпнул новую порцию и выпил ее. Холодящая жидкость разливалась по телу, заставляя его изменяться под ее воздействием. Разум Като затуманился, и он не заметил, как Делик робко подошел ближе к чаше и, поднявшись на носочках, заглянул внутрь. Так же он не видел, как мальчик зачерпнул одной ладошкой ядовито-желтую жидкость и поднес ее к губам. Изначально Като предполагал, что Делик не станет этого делать, не станет превращаться в чудовище. После своего превращения он намеревался вернуться с мальчиком в деревню, отомстить обидчикам и зажить прежней жизнью, ограждая Делика от опасностей, помогая ему оправиться от душевной травмы, но все случилось совсем не так. Этот мальчик решил идти с ним до конца, до самого конца, разделив уготованную им свыше участь.
Теперь, пересматривая эти события, Като понимал, что с ними стало, во что превратила их кровь Идущего-По-Головам. Из-за того, что Делик в момент перевоплощения был опустошен, как изнутри, так и снаружи, кровь сама заполнила эту пустоту. Мальчик подвергся очень сильным изменениям благодаря своему состоянию. Если бы только Като знал, то он никогда бы не позволил Делику пить эту гадость! Если бы он только знал! Но теперь слишком поздно сокрушаться – сделанного не вернуть. Эта вечная улыбка-ухмылка, почти не слезающая с психоделического мальчишки являлась лишь тенью его прошлой теплой и согревающей улыбки. Он делал это не намеренно, просто воспоминания прошлой жизни, попавшие под воздействие крови, сами превратились в нее. Точно так же дело обстояло и с привязанностью Делика к нему, которую сам психоделический мальчишка объяснить не мог. А секс... Постоянное желание Делика заниматься с Като сексом являлось последствием душевной травмы и любви, что питал к нему тот, прошлый Делик, который являлся настоящим. Только вот любовь шестилетнего мальчика была вовсе не такой, она была братской, а превратилась в плотскую, которая впоследствии переросла в глубокое сильное чувство.
Что же касается самого Като, то ему стали понятны и свои изменения. Привязанность к Делику у него осталась, ровно, как и острое желание защитить мальчишку, исполнить любой его каприз, вернуть улыбку и сделать счастливым. Като ведь раньше и сам не понимал, почему эти чувства так пылают внутри него. И, конечно же, ошибки, с ним остались его ошибки. Словно злой рок, они преследуют его до самой смерти. Эти ошибки тянутся за ним с самого его рождения. Он до сих пор продолжает жалеть о каждой из них. Если бы он не отпустил Делика одного, если бы он не отправился к кругу богов Акай Рю, если бы был осмотрительней и заметил ловушку хранителей раньше, если бы не убил родителей Кея, если бы... Все эти если бы вертелись в голове, превращаясь в рой надоедливых пчел, которые, грозно жужжа, кружили и больно жалили в самые уязвимые места.
