Завтра же, несмотря на любой вид спорта, которым сэр Вернон предложит заняться, Пирс найдет повод, чтобы вернуться в дом пораньше. Затем в одиночку направится в библиотеку, где откроет тот ящик и добудет информацию, за которой его сюда и отправили.
После этого все встанет на свои места.
Он объявит о помолвке с Шарлоттой прямо перед отъездом из Ноттингемшира. Его юристу и миссис Хайвуд наверняка потребуется несколько месяцев, чтобы составить брачные контракты и подготовиться к свадьбе. Бракосочетание пройдет на Рождество. Зиму они проведут в Ок-Хейвене, где как следует поработают над тем, чтобы зачать наследника. Когда он вернется в Лондон к следующей парламентской сессии, Шарлотта уже будет беременной. Она останется в поместье, занятая по горло своими новыми обязанностями. Там у нее не будет ни времени, ни возможности наблюдать за его левой бровью и мешать ему сосредоточиваться.
Вот так! У него тоже есть план.
Теперь дело за тем, чтобы осуществить его.
– Кто-нибудь говорил насчет завтрашних спортивных занятий? – обратился он к Ридли. – Что это будет? Рыбалка? Псовая охота? Стрельба?
– Я слышал от егеря про охоту на лис, но сомневаюсь, что следующие два или три дня организуют что-то в этом роде. А может, и все четыре дня.
– Дьявол! – Он не мог позволить себе провести несколько дней запертым в доме, на глазах всего общества, и чтобы при этом Шарлотта провоцировала его совершать непоправимые ошибки. – Почему?
Вдалеке послышался раскат грома.
Ридли приподнял бровь.
– Вот поэтому.
Пирс почувствовал легкое раздражение.
– Где вы приобрели возмутительную способность делать такие точные прогнозы?
– Возможно, вы как раз пропустили тот день занятий, милорд.
– Да, пожалуй. Но я хотя бы не настолько беспомощен в выборе жилетов.
Он отправил Ридли назад, на лакейскую половину, чтобы, выждав час или около того, тот, запасшись свечами, тихо оставил свою комнату. Когда зарядят дожди, Пирс не сможет провести обыск в дневное время суток. Оставались ночи – не самый хороший вариант. Если его застанут рыскающим в темноте по личным комнатам, гораздо сложнее будет найти этому объяснение. Но почти половина срока его пребывания здесь уже прошла, а чертова британская погода не оставляла выбора.
Шагая мягко и бесшумно, лорд Гренвилл вышел в коридор и повернул к главной лестнице, но не успел сделать и нескольких шагов, как замер на месте, стиснув в руке свечу.
Неподвижная, смутная фигура скрючилась посередине ковра шагах в десяти от него.
Пирс шагнул вперед и поднял свечу повыше, чтобы осветить помещение. Прищурившись, вгляделся в сумрак. Через пару секунд он все понял…
Эдмунд!
Скрестив ноги и накинув на плечи лоскутное одеяло, мальчишка сидел на первой ступеньке лестницы. В одной руке он держал деревянный меч. Другой указал на свои глаза, а потом ткнул ею в сторону Пирса.
– Не спускаю с тебя глаз, – угрожающе проскрипел он высоким голосом. – Я знаю, что ты сделал.
Ладно! Лорд Гренвилл потер лицо. Сегодня на поисках в библиотеке можно поставить крест.
С ближнего столика он взял первую попавшуюся книгу, помахал ею перед Эдмундом, словно только ради этого и вышел из спальни, потом развернулся и той же дорогой направился к себе.
Закрыв за собой дверь, Пирс посветил на корешок книги, чтобы узнать, что именно он подцепил.
«Сборник проповедей преподобного Келвина Марстерза».
Что ж! Это поможет быстрее заснуть.
Он отбросил книгу в сторону, раздраженный тем, что стоявший на карауле мальчишка помешал ему. Сел на скамейку, чтобы снять сапоги. Теперь можно отправляться в постель.
Однако что-то в темноте за окном привлекло его внимание. Пирс подошел ближе и погасил свечу, чтобы лучше видеть.
Крохотный теплый огонек мигал внизу, в саду, стремительно перемещаясь то в одном направлении, то в другом. Будь Гренвилл суеверным, он тут же вспомнил бы о феях. Но таких иллюзий у него не было.
Кто-то ходил по саду, двигаясь беспорядочно, то туда, то сюда, с небольшим фонариком или простой свечей в руках. Картина показалась ему странной. Даже подозрительной! Надо было разобраться, в чем там дело. Но за дверями в коридоре стоял – или, скорее, сидел – Эдмунд, поэтому выйти из комнаты Пирс не мог. Оставалось окно. Как это описывала Шарлотта? Вдоль по карнизу до северо-восточного угла дома, а там перепрыгнуть на ветку дерева.
Пирс надел черную куртку и на максимум открыл окно. С его широкими плечами пролезть через него оказалось намного сложнее, чем Шарлотте. Покрутившись так и эдак, он все-таки сумел протиснуться наружу, вылез и прочно встал на карниз.
Погода была ветреной, чувствовалось приближение дождя. Нужно было проявить максимальную осторожность. Прижимаясь щекой к стене и растопырив руки для устойчивости, он двинулся вперед. Рука нащупала соседнее окно. Пирс вытянул шею, чтобы заглянуть в него и убедиться, что никто не наблюдает за ним. Комната была пустой, и он продолжил свой путь.
