— Ты разве не слышал, что я тебе сказал? — Сталкер, будто не замечая направленного ему в живот оружия, смотрел разведчику прямо в глаза. — Если с ним что-нибудь случится, то же самое произойдет и с моим сыном!
— Может быть, — пожал плечами Мякиш, — а может, и нет. Откуда мне знать, что ты не соврал? Я тебя первый раз вижу. То, что ты задурил голову Антохе, еще ни о чем не говорит.
Кремень во все глаза смотрел на этого странного человека. У него в голове не укладывалось, как тот может так поступать после того, что узнал. «Не может быть! Неужели он не понимает?! — стучала в голове мысль. — Нет, он не сделает этого! Не сделает!»
— Ты… не можешь… его… туда… тащить! — как заклинание повторил Кремень.
— Да пошел ты! — без эмоций произнес Мякиш, болезненно ткнул сталкера стволом, отпихивая от себя, и опять повернулся к Филину.
В следующую секунду он почувствовал сзади движение и еле успел уклониться от удара кулаком. На этот раз уже ему пришлось удивляться, с какой яростью и силой набросился на него Кремень. Сталкер сшиб Мякиша с ног, тут же навалился всем телом, не позволяя использовать оружие. Умелой хваткой сковал движения и стал бить по корпусу и голове. Оказавшись в невыгодном положении, Мякиш пропустил несколько мощных ударов. Попытался вырваться из захвата, сбросить противника с себя, но ничего не получилось. Кулак сталкера обрушивался на него, не зная пощады. Глаза начал застилать серо-розовый туман. Если ничего не сделать, то еще минута, и он потеряет сознание. Мякиш попытался высвободить руку. С огромным трудом ему это удалось, и он начал шарить в поисках рукояти пистолета. Наконец, когда он уже еле различал происходящее, оружие легло в ладонь. Он соображал еще достаточно, чтобы понять, что бой закончится спустя пару секунд. Мысленно улыбнулся и направил пистолет на Кремня.
В тот момент, когда палец Мякиша оказался на спусковом крючке, какая-то сила подхватила сталкера и оттащила от разведчика. Мякиш тут же начал вставать, медленно приходя в себя. Ярость кипела в нем. На земле барахтались Кремень и Антон. Видимо, это он оттащил сталкера.
Мякиш прицелился в Кремня, но Антон поднялся раньше и загородил его.
— Не надо…
Быстрым и сильным движением Мякиш отшвырнул парня и снова взял сталкера на прицел. Кремень стоял без оружия, расставив руки, и заслонял собой Филина.
— Я… не… позволю! — проговорил он сдавленно.
Мякиш подошел вплотную и приставил пистолет к его лбу. От прикосновения холодного металла сталкер даже не вздрогнул. Чувство более сильное, чем ярость Мякиша, придавало ему сил. Он стоял за жизнь своего сына.
Разведчик медлил, что-то не позволяло ему спустить курок. Один глаз у него заплыл, на голове саднила длинная царапина, в ушах шумело от перенапряжения, адреналин делал кровь обжигающе горячей.
И тут он увидел, что мужчина, стоящий перед ним… плачет. Не от страха, не от боли, не от злости… Просто он действительно не мог позволить увести Филина, даже ценой собственной жизни.
В этот миг Мякиш осознал, что все слова об артефакте — правда. Что «цепь судьбы» связала жизни отмороженного бандита, промышляющего торговлей людьми для жертвоприношений, и десятилетнего мальчишки, живущего далеко за пределами Зоны.
Он опустил пистолет, отошел к дереву и сел, прислонившись спиной к стволу.
— Да чтоб вас всех! — Приложил холодный пистолет к заплывшему глазу, поправил мешавший автомат, снова выругался и произнес: — Раз он не может идти, значит, сам пойдешь со мной!
— Я не могу, — хрипло ответил Кремень, не сходя с места.
— Какого хрена ты не можешь?
— Мне нужно вытащить его из Зоны. Если со мной что-нибудь случится, кто это сделает?
— А когда на меня бросался, не думал, что с тобой «что-нибудь случится»? Я тебя едва не пристрелил, сукин ты сын!
Кремень не отвечал. Мякиш посмотрел на него здоровым глазом:.
— А скажи, что ты будешь делать с ним, когда выведешь из Зоны?
Сталкер снова промолчал.
— Во-о-от! — протянул разведчик. — Я так и думал. Ты что же, считаешь, что все опасности ограничиваются этой пресловутой Зоной? Да за Периметром их едва ли не больше, чем здесь!
— Знаю, — сказал Кремень. — Что-нибудь придумаю.
— Что ты можешь придумать?! — фыркнул Мякиш. — Здесь надо не просто кремнем быть, а гранитом натуральным. А ты не сможешь. Потому что иначе не стал бы набрасываться на меня с кулаками, а просто пристрелил бы.
— У тебя есть предложение?
