– Йес-с-с-с! – прошипела Жюстин. Весьма довольная собой, она щелкнула по папке «Текущий номер» и пролистала список до файла с названием «Гороскоп».
Мозг:
Стрелец. «Да будет ваша душа безмятежна перед миллионом вселенных», – желает поэт Уолт Уитмен, и это пожелание легко можно адресовать вам, лучники, потому что вас ожидает длительный период неопределенности. На будущей неделе огромное влияние на вас будет оказывать энергия Марса, и в это время риск, который вы берете на себя, может окупиться сторицей. Или, забывшись, вы подлетите слишком близко к солнцу и вынуждены будете столкнуться с катастрофическими последствиями.
Мозг:
Жюстин:
Мозг:
Жюстин:
Мозг:
Жюстин:
Мозг:
Жюстин:
Открыв окошко браузера, Жюстин набрала в строке поиска «Шекспир, цитаты о храбрости» и стала просматривать результаты.
– Не-а, – тихо сказала себе Жюстин. Ничего из «
– Будь мне подругой, дерзость! И с головы до ног вооружи![69]
Перекресток
В розовых рассветных лучах, в серости тихого района недалеко от центра, в спальне с сосновыми полами, на старинной латунной кровати, в фланелевой пижаме с цветочным рисунком Ферн Эмерсон ворочалась с боку на бок, застряв между сном и пробуждением. Сегодня был ее первый за девять месяцев выходной.
В начале года Ферн – Весы, флорист, имеющая привычку заправлять за ухо одинокую герберу, возрождающая к жизни стильные винтажные платья, изредка балующаяся сигаретами с ментолом и легкими коктейлями с джином, любящая фильмы с Отрядом сопляков[70] и периодически зажигающая в караоке, – решилась на рискованный шаг, закрыв свой цветочный фургон, открыв постоянный магазин «Приветливый лепесток» в торговых рядах Александрия Парк и столкнувшись с новыми, непредвиденными расходами, которые повлек за собой этот шаг. Семь дней в неделю ей приходилось вставать в несусветную рань, чтобы успеть выбрать самые свежие цветы у своего поставщика. Затем целый длинный день она в одиночку составляла букеты и принимала заказы, подрезала стебли и складывала упаковочную бумагу, расставляла бутоны, завязывала ленточки, улыбалась радостным покупателям, предлагала платки плачущим, лучилась энтузиазмом вместе с невестами и предлагала необычные композиции солидным состоятельным дамам. Не было даже перерывов на обед. Вечера уходили на счета, налоги, квоты, письма, рекламу и прочую раздражающую ерунду. Она радовалась, если удавалось выкроить пару минут, чтобы намазать грубые покрасневшие руки питательным бальзамом и надеть белые перчатки перед тем, как рухнуть в кровать.
Но этот тяжелый труд приносил свои плоды. Уровень дохода от «Приветливого лепестка» постепенно рос, и наконец Ферн смогла позволить себе помощницу. Она нашла юную голубоглазку Брайди, которая – в красно-белом полосатом фартуке, с тонкими зачесанными волосами – словно сошла с картинки в одной из книг Диккенса. И вот Ферн решила, что Брайди готова простоять день у прилавка самостоятельно. А это значило, что Ферн могла взять долгожданный, чудесный, принадлежащий ей одной выходной день. Она поднялась с белых шелковых простыней, взяла с ночного столика сильные очки и поморгала, фокусируя зрение.
Чем бы ей заняться? О, она о стольком мечтала. Хотела разобрать свои закрома с винтажными платьями и тканями и сшить юбку, а может, и две. А еще она хотела провести целый день в ванной, перечитывая
