— Ну да. Голой по коридорам шастать, чтобы еще кто видел? — Эрен недовольно фыркнул, непроизвольно представив эту картину. Конечно, сама обнаженная Микаса его бы без сомнений устроила, а вот чужие липкие взгляды на ней…
— Как будто кто-то будет удивлен. Мне теперь не отмазаться от вайба випэскортницы, чудом попавшей в группу.
Переняв у Аккерман полотенце, Йегер неопределенно хмыкнул и повесил его на один из крючков, а затем уверенно расстегнул пуговицу на ее джинсах, потянул молнию вниз, стараясь не рассматривать открывающиеся участки ее тела. Он точно знал, что если кто решился бы открыть рот с подобными грязными замечаниями, то… А что он бы сделал? Дурацкая ситуация, из которой требовалось найти выход. Но чуть позже.
— Подними руки. — Он подхватил край ее футболки, чуть дернув на себя, сокращая расстояние.
— Хорошо, мамочка. — Сняв с нее футболку, он откинул ее на пол. — А ты уже приготовил детский шампунь с лживым слоганом «без слез»?
Бровь Эрена медленно поползла вверх, и он покачал головой, закусив губу, чтобы не рассмеяться.
— Знаешь, предпочту оставаться для тебя папочкой, ибо орган один явно не позволяет быть мамочкой. — Гулко выдохнув, отводя взгляд от такой идеально помещающейся в его ладони груди, Йегер звонким шлепком придал вектор Микасе в сторону душевой, следуя тут же за ней. — Обещаю потереть тебе спинку с пеной. Прости, цветочками пахнуть не будешь. Есть только имбирь с мятой. — Вчитываясь в надпись на обертке средства два в одном, Эрен задумался. Он никогда не думал, что брать, выбирая тот, который пах менее раздражающе и мог послужить гелем и шампунем одновременно.
— Переживу, — подставляя голову под струи горячей воды, протянула Микаса. — Продюсер будет так рад. Одна гримерка, и у обоих подозрительно мокрые волосы. Ах, такая почва для статей о разрушенных голубых играх.
— Я сделаю вид, что ничего не слышал, потому что очень хочу этого. Игры — это интересно, но не в случае, когда навязываются, и после каждого концерта выворачивает до спазмов от нервного напряжения и отвращения к себе. — Вспененная мочалка, плавно проходившая до этого по телу Микасы, задержалась на ее пояснице; Эрен нахмурился, позволив себе вновь погрузиться в неприятные мысли. Он никому не озвучивал этого. И не собирался. — Проехали.
Грим стекал по лицу, попадая в глаза, отчего они покраснели и с трудом можно было разомкнуть веки. Повесив мочалку на руку, Йегер подцепил пены и намылил лицо, усиливая жжение в глазах, и прошипел, но, позволив воде смыть всю грязь, ощутил облегчение. Казалось, даже внутреннее.
— В любом случае, меня устраивает то, что ты появилась в моей жизни. — Он неопределенно пожал плечами, проводя пальцами по опущенным векам, что позволило наконец видеть Микасу. — Если хочешь, можешь скидывать на меня неудобные вопросы. Вообще, надеюсь, что мы опоздаем, и они начнут все без нас. — Хмыкнув, Эрен подцепил немного пены и оставил ее на кончике носа Аккерман.
— Что-то ты слишком расстроен. Хочешь, взбодрю? — смывая с себя остатки геля, как можно интимнее спросила она.
Эрен инстинктивно закрыл было ладонью пирсинг, и даже сам усмехнулся своему движению, но тут же прижался к Микасе плотнее, нависнув над ней, устроив ладони на ее ягодицах.
— Экстренная помощь от медсестры Аккерман? — ухмыльнувшись, Йегер усилил сжатие пальцами.
— Конечно. — Резко сменив горячую воду на холодную, она развернулась, похлопывая его по ягодицам. — Удачного времяпровождения!
Микаса покинула кабину, оборачиваясь сухим полотенцем.
— Вот невозможная! — Вскрикнув больше от рухнувших ожиданий, чем от контраста, Эрен выскочил следом, потирая ушибленное бедро, получившее травму в схватке с душем при попытке отключить его. Сердце, едва успокоившееся от милой близости, стремительно заколотилось азартом. — Не жди, что оставлю просто так!
Ледяной напор устремился ровно в Микасу.
— Кто еще тут невозможный?! — крикнула она, кидая в него крышку от запасного геля для душа. Прямо в лоб. После чего устремилась к выходу, заранее выглянув в комнату. Мокрое полотенце тяжело плюхнулось на пол, сменяясь запасным сухим.
— Да ты сама начала, — выпалил Эрен, смахивая с зеркала конденсат, чтобы осмотреть лицо на предмет серьезности полученного ранения. Краснота выступала, но ничего серьезного, благо, не было. — Ты — настоящая заноза, перевернувшая все с ног на голову. — Он пытался говорить серьезно, но ничего не получалось, поэтому смех все-таки вырвался, разносясь по помещению. Выдохнув, Эрен наспех вытерся с нескрываемой брезгливостью полотенцем из шкафа. Подойдя к Микасе, он впустил ладонь в ее волосы, сжимая их. — Откуда ты такая? — шепотом произнес Йегер, внимательно рассматривая каждую черточку лица Аккерман, пока пальцы второй его руки прошлись по ее шее, повторяя каждый оставленный им след на нежной коже. От воспоминаний недавнего сердце пропустило удар, зависнув в некой невесомости.
— Из Бостона, — абсолютно безэмоционально ответила она. — Моей одежде временный пиздец, так что радуйся — сегодня исполняются твои мечты!
