— Надо будет, я и десять раз расскажу. Ты вообще чего так осмелел? Только недавно говорил, что тебе стыдно, переживал… Ладно. Не буду это рассказывать матери. — Эрен демонстративно зажал Микасе уши и сразу отпустил. — Договоришься, что решимся на третьего ребенка, и ты будешь для него старым братом, которого можно дергать за вещи и брать у него медиаторы.
— Нет, еще раз подтирать жопу младенцу я не готова. — Микаса поднялась, вскинув руки, и направилась за соком на кухню. — Тут уж сами разбирайтесь. Мои биоматериалы у вас есть.
— Тем более. Значит, оформим, а воспитывать, пока мы в турах, будет Алекс. И на няню тратиться не придется — идеально ведь. — Эрен откинулся в кресле и забросил ногу на ногу. — Ну что? Готов стать старшим братом, а не самым мелким?
— Ну, нет. Если сделаете такое, сделаю себе кучу пирсинга на лице, а финалочкой проколю еще и там, и пойду рокером в странные бары. — Алекс хитро глянул на отца. — А еще сделаю себе кислотный ирокез.
— И почему в тебе нет хоть чего-нибудь от матери, помимо внешности? Проходил я и ирокезы. И пирсинг, который твоя мать до сих пор пытается оторвать периодически. — Эрен поправил кольцо в соске, усмехнувшись. — Но вот член колоть не советую — нормальные девчонки убегут, когда насмотрятся. Правда, могу на следующий день рождения отвести к Майку. Посмотришь, как это делается. Может, татуировку сделать можно будет — как знать.
— А давайте все это будет после восемнадцати? — Микаса нахмурилась, заходя обратно в комнату.
— Да ладно, Мика, пусть посмотрит, раз шантажирует тем, что проколет головку или уздечку. Я свой этот сделал ну примерно в его возрасте. Помнишь, ты вообще заинтересовалась мной, когда я сказал… — Эрен откашлялся и продолжил уже обычно: — Серьезно хочешь пирсинг или татуировку?
— Не важно, чем я заинтересовалась! — Она зло глянула на него. — Алекс, ты не будешь пробивать себе уздечку.
— Да не очень-то и хотелось на самом деле. — Он скривился, переключая канал.
— Не будет он этого делать, не будет, — уверил Эрен, подойдя к Микасе и крепко обнимая ее, поглаживая по голове. — Это безрассудно даже для меня было в его возрасте. Я же отказался от этой идеи ровно в момент, когда увидел процесс. Отвратно. А вот я бы набил перед туром какую-нибудь строку из твоей песни.
— Как хочешь. — Микаса улыбнулась. — Давайте лучше думать, что делать будем на завтра. А то опозоримся, и Софи больше не будет к нам приходить.
— Я могу приготовить какой-нибудь большой кекс с цукатами. А остальное закажем в ресторане. Будет обычный семейный стол, вот и все. Ну и подарить им что-нибудь можно. Обеим. Такое, чтобы они поняли, что мы не против их отношений. Алекс, вот ты бы что хотел получить от нас, когда будешь знакомить с кем-нибудь? — Эрен перевел взгляд на сына, прикидывая, что уже надо было бы начинать и впрямь составлять меню на праздник.
— Нет. Это было бы стремно. — Алекс как-то странно глянул на родителей. — Ну, похоже на то, что подкупаете. Лучше уж закормить, чем пихать что-то.
— Ладно. Тогда не будем дарить, но кекс ты будешь помогать делать отцу, понял? — Микаса пригрозила ему пальцем, притворно хмурясь.
— Это вы пытаетесь угодить какой-то девчонке, а не я! Почему я должен корячиться… — Он недовольно ответил матери, но, заметив ее выражение лица, тяжело выдохнул. — Ладно.
— Вот и славно. — В дверь постучали, из-за чего Микаса отстранилась, чтобы забрать заказ.
— И давай уже поешь, я ведь знаю, что ты к пицце даже не притрагивался. Тогда обойдемся только нарезкой цукатов, и будешь свободен. — Эрен подмигнул Алексу, раскладывая еду по тарелкам.
— Как скажешь. — Алекс закатил глаза, урвав себе какое-то мясное блюдо. — Все? Этого хватит?
Усмехнувшись, Йегер взъерошил волосы сына, едва не рассмеявшись от его реакции. Он и впрямь напоминал ему самого себя, но дополненного индивидуальными выходками, которые и Эрену было бы с большой вероятностью не повторить.
Запив таблетку от головы водой с лимоном и съев кусок мяса, Эрен разместился на диване вместе с Микасой, чтобы выбрать еду на завтра. Это не заняло много времени, ведь в их семье уже имелся список излюбленных блюд.
Возвращение с занятий Миры Йегеру пришлось пропустить, уснув, едва вернувшись из ванной, приведя себя в порядок. Все же щетина ему и самому не особо нравилась. Он и представить боялся, что было бы с ним, не вернись и впрямь к нему Микаса. Жизнь бы точно потеряла смысл.
Поднявшись, пока Микаса еще спала, Эрен растолкал Алекса, чтобы начать готовить стол.
— И не возмущайся. Мы так-то все еще виноваты, поэтому нужно постараться сделать все так, чтобы и придраться было невозможно. — Всучив сыну миску с готовой смесью, Эрен велел ему нарезать туда цукаты, перемешивая. Сам же он принялся за приготовление глазури, достав сахарную пудру и желатин.
— А можно я уберусь? — Он нехотя стал нарезать ненавистные ему цукаты. — И вообще, я не понимаю, зачем так стараться ради чужого человека. Вот если бы это было маме или Мире, понятно. Но они обе ненавидят цукаты.
