– Боже, я бы никогда не подумал, что буду обсуждать такие серьёзные решение с бойцом, заключённым, которого боится вся больница. Такие вещи обсуждают обычно с родителями, берут их благословение и всё такое, но они у меня люди такие, не общительные, молча одобрят. Да, я пытался поговорить, но потом позвонила Мари и эта вся ситуация с Мадам, так невовремя. А сегодня Анри забежала на минуту и потом ушла, да и я был в завале. Да что я вру, я просто испугался, не было никакого завала, она ушла, и я тупо пялился в стену – он снова сел и уставился на Ника, надеясь, что тот даст ему простой ответ на всё.
– Да нет, просто это всё – протянул Ник – а ты вообще, что чувствуешь к ней? – Марк опешил, он рассчитывал, что их беседа строится на том, что они просто хотят вытащить человека с полей и вся эта идея не больше, чем фикция. Но Ник был внимательным к деталям и знал, что такие мысли в голову Марка пришли бы не просто так.
– Ну, я не знаю, просто хочу помочь ей – промямлил Марк – мы же вроде друзья?
– Ты у меня спрашиваешь? – поддел его Ник, понимая, что так он ещё целую ночь будет вытягивать из парня по слову – любишь её или нет? – Марк застыл, такие вопросы он даже самому себе задавать боялся.
– Мне надо подумать, всё это очень сложно – тянул Марк, ища способ уйти от темы.
– От того, что ты к ней чувствуешь будет зависеть скорее всего её ответ, ты же не думаешь, что она так разом и согласится, с её то моральными принципами и чувством долга. Но вот если ты её любишь, то она уже по-другому будет смотреть на ситуацию. Так что думай быстрее, пожалуйста – процедил Ник.
– Да как можно такое вообще спрашивать – Марк вскочил и заметался по кабинету – я просто хочу помочь, человеку к которому испытываю теплые чувства, но откуда я знаю, что такое любовь? Откуда? Посмотри на меня, я всегда на работе, на мне столько ответственности, что у меня даже времени нет подумать, врать я не буду ей, зачем обнадёживать человека. Скажи мне ты, что такое любовь? Извини, у меня нет опыта хороших отношений и отношений вообще, так что я не знаю, что я должен чувствовать, когда влюблён! – Марк уже почти кричал от возмущения, а Ник спокойно сидел и смотрел в пол – что ты молчишь?
– У всех любовь разная и все ощущают её по-разному, так что я тебе в этом не помогу, тебе нужно самому всё решить – проговорил Ник. Он был расстроен, что Марк делает это не из глубоко чувства любви, что парень действительно ещё не разобрался в себе, а значит Анри не согласится.
– Ну и что мне делать теперь?
– Если действительно хочешь спасти её, то ври, ври как никогда, что любишь, что жить без неё не можешь, а потом уж разберетесь. Главное, чтобы она стала твоей женой, тогда никто её отсюда просто так не заберёт – на сердце стало тяжело и одиноко. Он представил себе уже как уезжает один, как Марк и Анри играют скромную, но красивую свадьбу, может даже она будет в том самом платье, которое он ей купил. Да, она точно будет в нём, потому что времени на поиск другого не будет, им нужно сразу ехать расписываться. Он был уверен, они точно найдут общий язык, точно полюбят друг друга, идеальнее пары и найти нельзя было. Марк скорее всего уже влюблён, просто сам ещё не осознал этого. Ник даже подумал, что уже будет давно мертв, а они соберутся выбирать новый дом, будут закупать мебель и ссориться по мелочам, но всегда мириться, потому что Марк мягкий, а Анри умная, она ничего не разрушит просто так.
Май встретил центр Свид 24 теплой погодой и солнечными деньками, всё вокруг оживало, дни казались бесконечно длинными, ночи удивительно короткими. Но прежней веселой суеты в городе не было. Всё чаще можно было встретить на улицах машины до отвала, заваленные вещами, людей с объёмными чемоданами, в глазах, которых была лишь тревога и опасения. Люди начали покидать город, конечно, не все разом, пока только единицы, но и они были легко различимы в толпе. Билеты на все ближайшие даты были раскуплены, железнодорожные и автобусные вокзалы непривычно кишели людьми. Всему была лишь одна причина, в сорока километрах от города стояли войска саандорийцев. Им хватило одного месяца, чтобы достичь назначенной точки, несмотря на усиленное сопротивление Свидов, на прорыв Северных ворот, так именовалась пограничная зона на северном фронте, состоящая из высоких железобетонных стен, за которыми тянулись обширные территории саандорийцев. Стена пала, Никирия торжествовала и никому не было дела до Завира, который находился под прицелом врагов.
Горячо любимый всеми Завир, город контрастов и колыбель науки, теперь был под угрозой. С других фронтов начали перебрасывать небольшие части бойцов, но уже по самым скромным подсчётам, армия, стоящая на подступах к городу, превосходила численностью во много раз. Местные возмущались, достоверной информации получить было невозможно, из всех щелей пророчили победу, с экранов телевизоров улыбались политики, предвещая светлое будущее, которое для местных изрядно было омрачено слухами о том, что со дня на день Рауки будут в городе.