– А, ну ладно – он встал и пошёл к столу за сигаретой. Анри наблюдала за ним. «Живой, а значит Белинда тоже может быть жива» всё это витало в её голове словно праздничное конфетти. Ник закурил, в кабинете запахло дымом, он просунул руку за штору и открыл окно. Теплый весенний ветер ворвался в душный офис. Анри вдохнула полной грудью, свежий воздух взбодрил её. Из окна послышались пьяные крики и смех, лагерь сегодня гулял на полную, даже полковые решили отхлебнуть. Второй ряд был достаточно далеко от них, чтобы устроить разнос за такой беспредел и народ пустился веселиться. Бойцы уже не скрываясь вносили ящики с алкоголем в палаточный лагерь, где собирались возле костров, пили, курили и болтали без умолку. Ночь обещала быть теплой и ясной.
– А ты всё также шастаешь по коридорам одна. Жизнь тебя ничему не учит видимо – Ник сел на угол дивана.
– Ну если бы ты удосужился показаться, тогда бы я никуда не пошла. Ты не ранен? Переломов, ссадин нет? – спокойно спросила Анри, какие-то чувства были задеты, что Ник не заглянул к ней после сражения, но она тут же себя отругала за такие мысли, понимая, что ему пришлось нелегко, чтобы он ещё думал о ней в этот момент. Наверно зажался к какой-нибудь уголок, чтобы его никто не беспокоил и тихо приходил в себя.
– Ну если я знаю, что у меня нет никаких травм, зачем мне бегать и досаждать без того занятым работой врачам. Тем более ты вечно в операционной, да и какая разница, тебе, собственно говоря, какое дело до этого? – Ник сам не верил в то, что говорит с ней в такой манере, равнодушной и холодной. Он помнил ужас в её глазах, когда его забрали и знал, что своими словами немало задел. Оставалось лишь ждать слов Анри о том, что в принципе ей дела нет, они холодно попрощаются и она уйдет. Уйдёт навсегда.
– Какое мне дело до этого? – где-то из груди начала подниматься злоба. Анри пыталась себя сдерживать – какое мне дело? – снова повторила она, словно не верила, в то, что только что услышала – да как ты вообще можешь такое говорить? – вскричала она и резко вскочила. Обойдя диван, она встала напротив Ника, сложила руки на груди и угрожающе посмотрела – каждый раз, когда я что-то делаю для тебя, слышу в ответ только, что тебе этого и не нужно было – Ник расслабился, к такой Анри он был готов – ты всё ждешь, когда же тебя наконец убьют, шутишь о смерти так словно она твоя закадычная подруга и даже не думаешь о чувствах других людей, о том, что кто-то может переживать за тебя. Даже Розалин беспокоилась о тебе, но уж ей-то ты тем более спасибо не скажешь, будешь скидывать всё на свой безукоризненный опыт и какой-то там план в голове, даже не подозревая, что вокруг тебя есть люди, без которых ты бы уже давно сгорел к чертовой матери. Марк тебе подгоняет машины, Мари таскается с тобой как с маленьким по обследованиям, Розалин ищет подходящий Раук, а ты этого даже не замечаешь и принимаешь всё как должное. Зачем идти к Анри после сражения, у меня ведь всегда есть какие-то свои важные дела, куда важнее, чем чьи-то там чувства, да? – Ник улыбнулся.
– Поэтому я не привязываюсь к людям, чтобы не было так больно и тебе советую – он равнодушно встал, подошёл к столу и затушил сигарету, но всё его тело дрожало, к отчитываниям Анри он уже привык, но сейчас она назвала всех и деликатно обошла только свое имя, а значит вся эта её бравада была контролируема, а значит она ничего не чувствует к нему. У Ника было уникальное умение вытягивать из слов только самое неприятное для себя, он действительно часто пропускал всё хорошее, что делалось в его адрес и зацикливался лишь на плохом – тебе пора идти, пока не слишком поздно, не думаю, что ты будешь рада наткнуться на толпу пьяных бойцов – но Анри была куда более прямолинейнее чем Ник, все его увиливания от разговоров она воспринимала, лишь как его внутреннюю боль от одиночества и даже сейчас несмотря на злобу, не могла просто так уйти.
– Раз ты не привязываешься к людям, то тогда зачем предупреждал меня на западном, когда нужно бежать, зачем пытался выдать меня замуж за Марка и даже сейчас переживаешь, как я дойду? – Анри заглянула ему в глаза и что-то заметила, интуитивно.
– Во-первых, предупреждал я не только тебя, но и весь госпиталь, во-вторых, я просто подтолкнул Марка к тому, о чем он и сам до этого думал, можешь спросить у него, когда снова встретитесь. И, в-третьих, не принимай на свой личный счет мои моральные принципы, это не твоя заслуга, может моей матери, но точно не твоя – Анри опешила, ей была непонятна такая колкость с его стороны. Сердце начало сдаваться, нужно было уходить. Она начала себя успокаивать, мыслями о том, что главное живой и этого с него хватит, а она впредь будет обходить его стороной. Все её труды и переживания не обесценивались его словами, она знала, что делала так не по его просьбе, а по велению своего сердца, а значит поступала правильно.