Если бы в те первые недели в Буэнос-Айресе Виолетту спросили, довольна ли она жизнью, девушка непременно бы сказала «да». Только вот Марко не ответил ни на одно ее письмо, это сильно ее угнетало. Виктория присылала фотографии и подробно сообщала об успехах маленькой Стеллы. Читая эти послания, Виолетта нередко плакала. Она очень скучала по племяннице и не могла дождаться, когда во время ближайших каникул сможет ее увидеть. Виолетта надеялась, что и у Марко все скоро образуется. Но потом случилось нечто неожиданное. Это перевернуло с ног на голову жизнь всех: в Буэнос-Айресе разразилась эпидемия чумы.
Иногда Авроре казалось, что болезнь подкрадывается, как ягуар, который молниеносно нападает из чащи и которого не видно до самого последнего момента, пока он не нанесет смертельные раны. Ей рассказывал об этом Рауль, вернувшись из последней поездки. Он снова вместе с одним гринго[12] отправлялся охотиться на крупных зверей, чтобы заработать денег. На какой-то миг девушка замерла. Тогда, еще до возвращения Рауля, она боялась, что больше никогда не увидит его. Они ведь поссорились перед расставанием. Но потом он вдруг снова объявился, словно кто-то наворожил, и, прежде чем Аврора успела как следует отругать его, так жадно поцеловал ее, как будто на самом деле очень соскучился.
«
Но сейчас она не должна об этом думать. Сейчас все они были в лапах болезни. Чума проникла в Буэнос-Айрес с кораблями из Бомбея. У людей, которые еще вчера были здоровыми, за короткое время проявлялись симптомы страшной болезни: головная и мышечная боль, лихорадка и потеря сознания. С развитием болезни воспалялись лимфоузлы в подмышках, в паху, на шее, потом гнойники, которые могли достигать десяти сантиметров в диаметре, становились сине-черного цвета и лопались.
Аврора ненадолго увиделась с Виолеттой и Магали, которые как раз занимались тем, что перестилали постели. Когда люди умирали, постели тут же перестилали. Девушки добровольно вызвались делать это и теперь сосредоточенно работали. Указывал им, что нужно делать, молодой врач Роберт Метцлер, который особенно ревностно старался поддерживать гигиену. Обязательное условие – тщательно мыть руки и приходить каждый день в чистой одежде.
– Это очень заразная болезнь, – каждый раз предупреждал он юных помощниц, внимательно глядя им в глаза. – Вам ни в коем случае нельзя вступать в контакт с заболевшими.
Это было проще сказать, чем сделать. Конечно, они носили повязки и максимально закрытую одежду, но временами приходилось подходить к больным слишком близко. Порой нужно было утешить умирающего. Столько жизней ушло безвозвратно на их глазах, мечты стольких людей рассыпались в прах, так и не реализовавшись! Тяжело было всему этому быть свидетелем. В эти тяжелые дни Аврора очень радовалась, что ее поддерживала семья. Родственники не допытывались и не обижались, если иногда за ужином Аврора молчала, погрузившись в свои мысли, и внимательно выслушивали ее, если ей нужно было выговориться.
Аврора вздохнула. Она была на ногах с раннего утра и чувствовала, что у нее уже нет сил. Иногда она спрашивала себя, откуда у доктора Метцлера столько энергии. Он как раз стоял в другом конце больничной палаты, склонившись над постелью и разговаривая с больной, которой, вероятно, вскоре суждено будет умереть. Женщина несколько часов мучилась от приступов лихорадки, у нее открылось кровотечение, и воняло от нее ужасно. Аврора была впечатлена тем, с каким усердием и видимым спокойствием доктор Метцлер оказывал помощь умирающей пациентке.
Когда Аврора краем глаза наблюдала за молодым врачом, ее усталось куда-то исчезала. Она задавала себе вопрос, сможет ли когда-нибудь стать хорошим врачом. А пока из нее даже медсестра была неважная… Но девушка не сдавалась. Кроме Виолетты и Магали, она также подружилась с Клариссой Крамер. Эта девушка была немного старше их и, если они правильно поняли, вела хозяйство у доктора Метцлера. Приятельницы поддерживали и подбадривали друг друга.
Аврора увидела Клариссу в небольшой комнатке, в которой хранились свежие простыни, вода и перевязочный материал. Девушки приветливо поздоровались. Непостижимо, но с первого дня своего знакомства они понимали друг друга. У Авроры было такое чувство, будто она очень давно знает Клариссу Крамер.
