– Да. – Мэрайя даже не подумала отрицать очевидное. Нетерпеливо покачав головой, она продолжила: – Напоминаю, Уолфингэм, что это вы просили меня назначить вам время для визита. Так что я вновь прошу вас изложить свое дело и покинуть меня. Я нахожу в высшей степени утомительным поддерживать даже этот уровень вежливости между нами.
Дэриэн понимал, что целиком и полностью заслужил нежелание Мэрайи разделять его общество. За время их краткого знакомства он, казалось, совершил слишком много ошибок. И если это так, сможет ли она простить его?
Он сделал глубокий вдох и очертя голову ринулся в омут:
– Я хотел поговорить с вами, потому что должен принести вам свои извинения, Мэрайя.
Ее глаза расширились от удивления.
– В самом деле?
Он кивнул:
– Да.
– Помилуйте, за что же? Вы успели нанести мне так много оскорблений и наговорить столько всего, что, право же, не знаю, как вы выберете что-то одно, за что могли бы извиниться.
Дэриэн разозлился:
– Например?
– Для начала за те отвратительные подозрения, которые вы высказали мне два дня назад насчет характера моих отношений с Обри Мэйстоуном.
Что ж, так и было…
Он усмехнулся:
– Это был вполне естественный вывод, учитывая непринужденность, с которой вы с ним держались.
– Только вам в голову и приходят подобные грязные мысли обо мне! – Ее глаза гневно засверкали.
Дэриэн не мог отрицать, что заведомо думал худшее о Мэрайе, даже не успев встретиться с ней лично, еще со времени своей первоначальной тревоги из-за увлечения ею Энтони. Но ведь и репутация Мэрайи Бичем в свете была такова, что он просто не мог думать о ней по-другому!
Тогда.
Сейчас у Дэриэна, конечно, было другое мнение. Поэтому-то он и хотел серьезно поговорить с Мэрайей, чтобы извиниться и попытаться обсудить с ней этот вопрос еще раз.
– Это было вдвойне оскорбительно, после того как вы уже обвинили меня в любовной связи с вашим младшим братом, – холодно произнесла она.
Вот сейчас, вяло отметил про себя Уолфингэм, самое время извиниться и сообщить графине об ошибке.
Он поморщился.
– У меня была возможность поговорить с Энтони, после того как мы так плохо расстались на балу у Стоктонов. – Дэриэн стойко проигнорировал недовольную гримаску, как и он сам, Мэрайя прекрасно знала, что именно прощальное замечание Энтони – точнее, обещание – привело к тому, что два брата встретились для разговора позже вечером.
Дэриэн не привык ни перед кем извиняться за свои действия, и все же в этом случае он знал, что у него нет выбора: он серьезно обидел Мэрайю и теперь должен попросить за это прощения.
Он снова тяжело вздохнул:
– Мой брат предельно ясно объяснил мне, что его чувства к вам иного рода, чем у вас к нему.
– Вот оно что! – Бирюзовые глаза торжествующе сверкнули. – А разве я не говорила вам, что вы ошибаетесь?
– Женщине неприлично говорить «Я же вам говорила» таким ликующим тоном, Мэрайя. – Дэриэн нахмурился, все еще раздраженный из-за того, что изначально поспешил с выводами в таком деликатном вопросе, как любовные привязанности его младшего брата. И еще сильнее из-за своих действий, которые привели к оскорблению женщины, перед которой ему теперь приходится извиняться.
В особенности Дэриэна выводило из себя, что он, блистательный и опасный герцог, всегда такой рассудительный и благоразумный, умудрился поставить себя в положение, когда именно ему приходится рассказывать Мэрайе правду.
– Только не в том случае, когда женщина оказалась права, а вы – нет! – колко парировала она.
Дэриэн с осторожностью подбирал слова:
– Я ошибался только наполовину…
– Как может человек, даже если это знаменитый самоуверенный герцог Уолфингэм, ошибаться наполовину? – насмешливо бросила она. – Признайте же, Уолфингэм, в этом деле вы были не правы целиком и полностью.
– Нет, не был. – Дэриэн глубоко вздохнул, решив проигнорировать саркастичный комментарий в свой адрес, несомненно, у Мэрайи припасено для него еще много подобных насмешек. – Я лишь ошибался в том, к какой именно из леди Бичем Энтони питает нежные чувства, и, следовательно, почему он так вежливо ведет себя с вами на публике.
У него не было никаких предположений, как Мэрайя отреагирует на то, что Энтони ухаживает за ее дочерью Кристиной, а не за ней самой. Хотя если вспомнить об отношении Мэрайи к нему, презренному и отвратительному старшему брату Энтони, можно было с уверенностью предположить, что благосклонно она к этой новости не отнесется.
Его собственные чувства по этому вопросу были примерно такими же. Дэриэн не мог не ощутить огромное облегчение, узнав о том, что Энтони потерял голову вовсе не из-за Мэрайи Бичем. Свои доводы он уже приводил.
Но оставалась еще и личная заинтересованность.
Дэриэну стало гораздо легче, когда он осознал, что испытывает желание не к той женщине, по отношению к которой его брат имеет самые серьезные намерения.
Что касается настоящего объекта нежных чувств Энтони…
Что же, семнадцатилетняя Кристина Бичем лучше подходила Энтони в качестве жены, но ненамного.
Ведь нельзя забывать тот факт, что девушка приходится дочерью женщине с весьма скандальной репутацией.
