Вышел из подъезда и снова остановился под козырьком. Достал телефон и открыл чат с пацанами, чтобы уточнить, сколько девок сегодня будет.
Мне надо побольше. Желательно, чтобы одна из них сразу мне отсосала уже на входе в клуб.
Ожидая ответа, усиленно делал вид, что не замечаю того, как Юля ждёт у машины, когда я свалю.
Сейчас я был одновременно рад и не рад тому, что поставил свою тачку поперек её. Какой-то шкодливый упёртый пацан внутри меня показывал ей факи и язык, вместо того, чтобы, вроде как взрослый я, пошёл и отогнал свою машину в сторону.
— Может, отгонишь свою машину? Мне ехать нужно, — бросила эта стерва строго.
— Не могу, — внутренне кайфуя от того, что она тоже начала злиться, я сосредоточился на её ярких красных губах и скользнул взглядом ниже. Порыв холодного ветра распахнул её пальто, и я снова залип на сиськах и на тонкой талии.
Это, блядь, точно платье, а не сорочка из сексошопа?
— В смысле, не можешь?
— Машина сломалась. Не могу.
— Может, хотя бы попробуешь?
— Не хочу.
Давай, дебил, рой себе яму.
— Ясно, — обронила Юля решительно. Нырнула в сумочку и достала телефон, в котором начала что-то искать.
Меня вновь триггернуло. Не помня о том, что я планировал игнорить её существование остатки своих дней, я рванул к Юле и в несколько шагов сократил между расстояние.
— И что ты задумала? — выхватил телефон и увидел открытое приложение такси. Кровь снова зашумела в ушах, а в груди начало неприятно жечь. — Такси?! Так сильно хочется потрахаться с тем хреном?
Синие глаза сверкали не по-детски. Только если на моём лице, кажется, было написано совершенно всё, Юля держалась отстраненно. Будто я реально левый для неё чел.
— Не твоё дело. Телефон верни. Мне пора ехать.
Она выставила передо мной ладонь, ожидая, когда я как послушный пёс выполню команду.
Несколько секунд я смотрел в синие глаза, в которых читалась жесткая решительность.
Она едет потрахаться, и доедет вне зависимости от того, как и каким образом я собираюсь её задерживать.
Раз так…
Я тоже еду потрахаться. Будем считать, что мы доехали.
— Покататься хочешь? Сейчас я тебя прокачу.
Я взял её за руку и повел к своей машине. Жестко и быстро. Внутри клокотала злость. Впервые в жизни я возбудился, будучи в ярости.
— Ты что делаешь? Отпусти! Ты охренел?! Выпустил меня! — кричала она уже на заднем ряду моей машину.
Я сел рядом и заблочил нас внутри тачки. Хрен она куда пойдёт. Будем считать, что мой стояк — шлагбаум.
— Ничего не хочешь мне сказать? — я взглядом пожирал грудь в вырезе её платья.
— Пошёл ты! Открой эту чертову дверь и выпусти меня.
— Боишься опоздать на свидание с каким-то хреном? — мне одновременно хотелось её придушить и сожрать яркую помаду на красиво очерченных губах.
— Это тебя не касается. Открой дверь и не лезь не в своё дело.
— А может я хочу, чтобы это было моим делом.
Я реально ляпнул это вслух?!
— Много хочешь — мало получишь. Слушай, Лёш, ты, кажется, куда-то собирался? Вот и вали. А меня выпусти.
— Сломаешь, — выдохнул я, понимая, что кому-то из нас определенно пора успокоиться. Кто-то, блядь, должен взять себя в руки и перестать дёргаться.
— Я сейчас тебя сломаю! Открой дверь. Быстро! — похоже, Юля теряла последние капли самообладания.
Ещё немного, и она мне врежет или…
— Не открою, — подобрался я ещё ближе к её губам.
— Открой
— Нет, — выдохнул я последнее, на что хватило сил в этой борьбе.
Ну, же, девочка. Прими меня.
Словами через рот я вряд ли когда-нибудь смогу сказать это. Пойми по глазам, как сильно меня ломает.
Юля затихла, словно могла меня услышать. Большие синие блюдца смотрели на меня со злостью и ещё с какой-то эмоцией, которую я не смог прочитать.
А затем и читать не осталось смысла.
Поцеловав меня первой, она всё объяснила без слов.
Тело пронзило разрядом тока. Я сгрёб Юлю и перетянул к себе на колени. Завладел её ртом, ловя каждый вздох и тихий всхлип. Помог снять пальто и забрался под платье, с силой сжав сочную задницу.
Клянусь, пизже этой задницы я ещё не касался.
И кружево. Кругом тонкое кружево.
— Блядь! Реально чулки! — выдохнул я рвано. Хотелось шлёпнуть по её заднице, но пока что я решил себя сдержать. Иначе точно кончу. Ни столько от фрикций, которые мы совершали, будучи одетыми, а столько от эмоций, которые переполняли меня прямо сейчас.
Юля стянула с меня куртку и, в целом, я понял, что инициативой владеет она. Это она решает, куда и как я должен её целовать. Она решает, когда я должен отклонить голову назад, чтобы она могла мягко укусить меня в шею. И это она решает, как и что у нас будет дальше.
Это ново для меня. Я привык к тому, что всё делать приходится мне, а девчонка подо мной с глазами тупого оленёнка просто ждёт, куда я поведу её дальше.
— Ко мне или к тебе? — вдруг спросила Юля, разорвав поцелуй.
Я даже не сразу сообразил, о чём она. Кое-как сфокусировал взгляд на губах, вокруг которых была размазана яркая красная помада. Мной размазана.
— Ко мне, — бросил я и мысленно охренел от того, что сказал это.
Ко мне? Серьёзно?! Точно ёбнулся.
