Его тихий голос проскальзывает прямо в сердце, наполняя его безумием. Мне начинает казаться, что я свечусь изнутри, а в голове остается одно желание: быть в этом моменте как можно дольше.
– Это взаимно, Брайан Найт.
Подмигиваю я и, не сдерживая радости, дарю ему ответный поцелуй.
Уж сейчас старая Скарлетт точно в шоке.
Нет ничего лучше, чем сидеть в походном кресле, вдыхать хвойный запах леса, смешанный с ароматом свежезаваренного кофе, кружка с которым приятно греет руки…
Именно так думаю я, пока умиротворенную тишину не разрушает крик Брайана:
– Скарлетт, мать твою, Мун!
– Вот теперь утро действительно доброе, – произношу я, чокаясь кружками с сидящим рядом Харви.
– Он тебя убьет, – хмыкает парень, поднося все еще дымящийся кофе ко рту.
– Пусть попробует.
Стоит мне это произнести, и мы, видим, как Брайан выбирается из палатки. Надо отдать ему должное, сделать это со связанными за спиной руками наверняка не так уж и легко. Но у него это выходит даже элегантно.
Если не считать тот момент, когда он почти целуется с землей, опасно качнувшись в сторону.
Харви чуть не давится кофе, замечая своего друга, розовая пачка на котором весело подскакивает, пока тот шаткой походкой направляется к нам.
Да, я пожертвовала своей юбкой. И да, оно того стоило!
– Скарлетт, – вновь рычит Найт.
– Да, милый?
Даже не удосуживаясь встать с кресла, с удовольствием оглядываю свою работу. Воплотить в жизнь эту маленькую месть было непросто. В конце концов, груда мышц, зовущаяся моим парнем, весит целую тонну. И мне пришлось попотеть, ворочая его, чтобы сначала натянуть юбку, а затем связать руки. Но, черт, розовый на Брайане и правда смотрится отлично!
– Ножки что надо, – присвистываю я.
Слышу, как сдавленно хихикает Харви, но стоит Брайану кинуть на него недовольный взгляд, как тот тут же спешит ретироваться. Предатель. А когда я ранним утром просила у него веревку и рассказывала о своей задумке, он был куда смелее! Эх, здесь ни на кого нельзя положиться.
– Как же тебе идут связанные руки, – встаю и провожу ладонью по твердым мускулам, делая вид, что не замечаю взгляда Брайана, который так и кричит: «Тебе конец». – Я еще думала нарисовать тебе член на лбу, но ни у кого не оказалось с собой маркера.
– Как жаль, – стиснув зубы, отвечает он.
– Согласна, – театрально выпячиваю губу, едва сдерживая смех. – Без него образ кажется незавершенным.
Брайан лишь фыркает.
– И чем же я заслужил столь невероятное преображение?
– Да так, приснилась мне ночью зебра и напомнила об одном случае.
– Я думал, это уже в прошлом.
– Да. Но должна же я была напомнить, что со мной шутки плохи.
Складываю руки на груди и поднимаю бровь, наслаждаясь происходящим.
– Не боишься? Моя месть не заставит себя ждать.
– Для начала тебе бы руки развязать, дорогой.
– И ты мне, конечно же, с этим не поможешь.
Я отвечаю, уже наполовину развернувшись:
– Увы! У меня по плану утренний обход леса.
– Скарлетт, – он делает шаг, видимо, рассчитывая схватить меня за запястье, но его руки все еще связаны за спиной.
– Не скучай, милый!
Вприпрыжку направляюсь в сторону, не обращая внимания на крики сзади. Какое же приятное чувство разливается в груди! Все это заставляет меня вспоминать наши первые встречи, где я не единожды проверяла Брайана на прочность, и от этих мыслей улыбка на лице становится только шире.
Но, стоит мне хоть на секунду отвлечься от собственного веселья, и я замечаю на своем пути Кристину. Неожиданно на ее лице вместо привычной хмурости расцветает ухмылка, с которой она поглядывает мне за спину. Там, судя по воплям, Брайан отчаянно пытается уговорить хоть одного из своих друзей развязать ему руки. Но, успев немного изучить парней, могу с уверенностью сказать, что Найт быстрее сотрет веревку о кору дерева, чем достучится до друзей.
Однако почему-то сейчас меня куда больше заботит столь непривычная эмоция Кристины. Но стоит ей заметить, кто стоит поблизости, как улыбка тут же скрывается из виду. Я почти закатываю глаза, вновь ожидая на ее лице раздражение. Не знаю, что у этой девчонки не так, но больше не собираюсь искать пути заговорить с ней.
Но, к удивлению, вместо ожидаемой реакции, я вижу нерешительность.
Это заставляет меня притормозить. А когда она вдруг обращается ко мне, я и вовсе чуть не спотыкаюсь на месте.
– Мы можем поговорить?
Ее голос, чуть хриплый и неуверенный, выбивает меня из колеи. Я смотрю на девушку, чьи собранные в хвост волосы открывают вид на карие глаза, смотрящие на меня словно олененок Бэмби.
Думаю я, но продолжаю хранить молчание. Слова застревают где-то внутри, вместе с не выбравшимся наружу кашлем. Поэтому лишь киваю, и мы вместе направляемся вдоль лесной тропинки.
Если они здесь, конечно, водятся.
