Молли стояла в дверях ванной с хирургическим молотком в руках. Белая сорочка и бледное лицо делали ее похожей на призрак.
– Боже мой, Молли! – Кайра с трудом разогнулась и бросилась к ней.
Племянница все еще была как пьяная, но в ее глазах мелькнуло узнавание.
– Молли, нам надо выбираться отсюда…
Кайра посмотрела на Изабель, лежавшую на полу. Стивен был без сознания, но Кайра не могла оставить ее с ним.
Внезапно он дернулся и схватил Кайру за руку, больно вцепившись ногтями в ладонь. Держась за нее, поднялся с пола и ударил Молли в лицо кулаком.
Потом повернулся к Кайре: кровь от раны на голове заливала ему лицо, белки глаз и зубы демонически белели на малиновом фоне. Он попытался снова окунуть ее в ванну.
Кайра упала на колени, чтобы увернуться от его рук, и пальцами нащупала, наконец, на полу холодный металл.
Она замахнулась и не попала, но на второй раз лезвие ударилось о кость в его лице, соскользнуло и прорезало плоть. Он закричал от боли и упал на пол, недвижимый.
Измученная и ослабевшая, Кайра осела на землю рядом с Молли, которая со стоном сползла вниз по дверному косяку. Кайра обняла племянницу, прижала к себе, потом посмотрела на Изабель, все еще укутанную в покрывало. Та открыла глаза и озиралась с недоуменным видом.
Рядом с ними, не шевелясь, лежал Стивен Феннинг; из одной глазницы у него торчал скальпель, а из второй слепо таращился молочно-голубой глаз.
Молчаливые тени окружили их хороводом – Дженнифер, Мэделин, Джессика, неизвестная, Амелия, Скайлер, Кейли и Эмма. Они смотрели на Кайру ласково; не было ни страха, ни грусти, только покой. Она чувствовала, что их боль и муки прошли.
Они улыбались, глядя, как она прижимает к себе Молли и рыдает.
Через закрытые веки Кайра ощутила на себе солнечный свет. Подушечками пальцев нащупала хлопок простыни, почувствовала под головой мягкую подушку. Попыталась вдохнуть поглубже и едва не охнула от резкой боли в ребрах. Стоит ли открывать глаза? Что, если она увидит шторы в цветочек… качалку… ночник?
Вместо этого она с облегчением увидела госпитальную белизну и медицинское оборудование у своей постели. На стене перед ее глазами беззвучно работал телевизор: там показывали старый фарфор – корявые фигурки с заоблачными ценниками.
Каким-то образом ей удалось выбраться из того ада.
Но где Молли? А Изабель – она выжила? Воспоминания о вчерашней ночи еще не вернулись, как будто мозгу требовалось время для загрузки.
– Кайра… – Джимми сидел в кресле рядом с ней. Он выпрямился и придвинул кресло ближе. – Ты очнулась, – мягко сказал он.
Она попыталась пошевелить пальцами в знак приветствия.
– Молли? – только и удалось ей прошептать.
– Она здесь… этажом ниже… в другом отделении. С ней все будет хорошо.
Кайра сделала глубокий вдох, поморщилась и, наконец, улыбнулась.
– Он колол ей… – начала она, вспоминая железный ящик из морга и шприцы, свой ужас, когда она увидела Молли, лежащую как мертвая… Волоски у нее на руках встали дыбом.
– Мы знаем. Врачи хорошо заботятся о ней. С Молли твоя мама. С ней все будет в порядке.
Он взялся за свой смарт-сет:
– Я обещал твоей маме, что напишу, как только ты очнешься.
– Изабель?
Он открыл рот, собираясь ответить, но тут дверь распахнулась и вбежали дети: мальчик постарше и девочка помладше.
Кайра окаменела; боль в ребрах вспыхнула с новой силой. Паника навалилась на нее.
Почему она видит их сейчас, когда все позади?
– В чем дело?
Похоже, Джимми обращался не к ней.
Дети замерли и уставились на Кайру. Девочка показала на нее пальцем и пробормотала что-то неразборчивое.
– Зашли не в ту палату? – спросил Джимми.
Он тоже их увидел!
Кайра выдохнула с облегчением.
Женщина влетела следом за детьми, держа в руках воздушный шар, бутылку с водой, цветок в горшке, обернутом подарочной бумагой, детский рюкзак и свою сумочку.
– Дедушка в соседней палате! – с упреком сказала она, пытаясь переложить вещи так, чтобы освободить одну руку и подхватить малышку. – Простите, тут все двери одинаковые. Мне так неловко.
Она подтолкнула детей к дверям, снова извинилась, и они все вышли.
Сердце Кайры торопливо стучало, усиливая боль в ребрах.
– С Изабель тоже все будет хорошо, – сказал Джимми, – благодаря тебе. Она в реанимации, но выживет.
Кайра лежала на прохладных простынях, предвкушая, как будет наслаждаться долгожданным облегчением, когда пройдут боль и усталость, когда у нее будет время обдумать все, что произошло.
Наконец, она осмелилась задать вопрос, которого боялась больше всего. Ей надо было знать.
– Мы его поймали?
– Ты его поймала, – сказал Джим негромко и твердо, с блестящими глазами.
Она дала себе секунду, чтобы это осознать.
– А он… с ним…
– Он в больничном крыле тюрьмы. Из которой больше не выйдет.
Удовлетворенная, Кайра снова опустила веки и позволила своему телу расслабиться на комфортабельном матрасе.
Наконец-то в безопасности.
Она открыла глаза и заметила на его лице беспокойство. Он быстро отвел взгляд.
