Костенко, корабельный инженер с «Орла», оставил свою запись о психологическом эффекте, вызванном прибытием отряда Небогатова: «Когда пришла весть об отправлении 3-й эскадры, она была встречена с чувством полного разочарования, так как состав ее, особенно вооружение, свидетельствовал о том, что от нее не будет никакого проку. Приблизительные расчеты, сделанные на «Орле» с применением боевых коэффициентов, привели нас к выводу, что наши совмещенные силы составят лишь половину японских (и это даже не принимая в расчет состояние кораблей и их подготовленность). Когда две эскадры соединились, боевой дух людей и отношение к вновь прибывшим кораблям изменились. Думаю, это было просто попыткой придать себе уверенности. Офицеры говорили: «Отныне наши силы почти равны японским, так что теперь все зависит от нас». Но это говорилось лишь в последний момент, когда стало ясно, что решающая схватка уже неизбежна. Других мотивов для объяснения, почему прибытие этих броненосцев должно было поднять дух людей, просто не существует. Скорость этих кораблей не превышала 11—12 узлов. Одно-два попадания могли легко вывести их из строя».
О чем думал Рожественский, можно только догадываться. Взаимной любви, должно быть, между ними никакой не осталось. Можно только сожалеть, что под рукой не оказалось фотографа, который мог бы запечатлеть, как Рожественский целует Небогатова, когда тот пришел доложить о прибытии его соединения. К тому же он не считал корабли Небогатова большим приобретением: он не ждал их у Мадагаскара, не раскрывал он и своего маршрута Морскому министерству. (Наверное, он предвидел, что информация просочится за пределы Санкт-Петербурга и станет добычей Того, но, может быть, и для того, чтобы ввести Небогатова в заблуждение.) Фактически это было чистой случайностью, что Небогатов все же нашел его; если бы он его не нашел, он бы тогда опирался на свой собственный альтернативный план прорыва во Владивосток через Курилы.
ОБРАЩЕНИЕ РОЖЕСТВЕНСКОГО К ЭСКАДРЕ
Китайское море, 26 апреля 1905 года.
№229
Сегодня, 26 апреля, в 2 часа пополудни, отряд контр-адмирала Небогатова, покинувший Либаву 2 февраля, через 4 месяца после отплытия эскадры, соединился с нашей эскадрой. Отдавая должное этому прекрасному дивизиону, совершившему блестящий переход без заходов в порты по пути, с известными трудностями якорных стоянок в пустынных местах, я не умаляю трудов и той части эскадры, которая должна была ожидать своих товарищей в обстановке, когда вынужденные стоянки бывали также трудны, как и часы, проведенные на ходу в море. С прибытием этого отряда боевая мощь эскадры стала не только равной вражеской, но по броненосцам стала даже превосходить ее.
Японцы имеют больше быстрых кораблей, но мы не собираемся убегать от них, и мы сделаем наше дело, если наши машинные команды поработают в бою так же спокойно, добросовестно и усердно, как они работали до сих пор.
