Свирепый босс наперстянки полностью

— А ты как думаешь? — Спросил отец, не в силах скрыть восторга от своего наказания, приготовленного мне.

Я думаю, тебе следует лучше скрывать свои эмоции, отец— подумал я.

— А кто будет ухаживать за матерью? Поинтересовался я. Или получать деньги от наших уличных компаньонов? Отец небрежно махнул рукой.

— Один из твоих братьев разберется со всем этим.

Я бы хотел, чтобы они попробовали.

Обращаться с матерью было настоящим мастерством, а у меня в школе и на улицах было достаточно репутации, чтобы дилеры не обрадовались переменам. Ни у одного из моих братьев не хватило бы ума разобраться с тем, что я добился, — особенно с мамой. Она легко будет ими манипулировать.

— Я не поеду на Урал, — спокойно сказал я. — И почему же? — Спросил отец.

Неужели ты думаешь, что можешь ослушаться прямого своего Пахана? Я отрицательно покачал головой.

— Нет. Я посвятил много времени и сил работе на улицах.

приказа. Я не собираюсь терять это из-за того, что ты чувствуешь себя оскорбленным. Его глаза вспыхнули, и я понял, что зашёл слишком далеко. Отец затушил сигару.

— Твои маленькие друзья будут слушаться того, кого я им скажу. Они могут работать с тобой , но они работают на меня.

— А Мама? Ты действительно веришь, что один из моих братьев может ее перехитрить?

— Твоё высокомерие впечатляет для твоего возраста и роста, Константин. Это я тебе как мужичина говорю. Но в конце концов, ты все еще ребенок, едва ли мужчина. Ты был вором всего лишь два года, это — мгновение по сравнению с моими десятилетиями.

— Ты прав, — рискнул я.

Но как же я стану опытнее, если мне придется убирать коровье дерьмо в Сибири?

— Такие люди, как ты, приходят и уходят, Костя. Но именно такие люди, как я, остаются и выживают. Я слабо улыбнулся.

— Уверяю тебя , Отец, ты не встречал таких людей, как я. Отец поднялся на ноги, его поза напряглась. Сжатие его кулака сказало мне, что произойдет, прежде чем его рука взметнулась вверх. Я откинул голову назад как раз вовремя.

Его рука пролетела мимо, но он быстро оправился и сделал еще один выпад в мою сторону. Стол остановил меня, и костяшки его пальцев врезались мне в горло, воздух мгновенно покинул мои легкие.

— Ты высокомерный ребёнок, — мрачно сказал отец.

Я уже давно не был ребенком по нормальному определению. Биологически - да. Но я проводил ночи, путешествуя по миру нелегальных наркотиков, и дни, слушая собрания братвы. У меня не было времени на общение с хорошенькими девушками и на домашние задания по математике.

Я глубоко вздохнул, стараясь успокоить голову.

— По крайней мере, я не собираюсь терять свое королевство из-за твоего упрямства.

На этот раз, когда отец подошел ко мне, я был готов. Я поймал его запястье и отбросил назад, используя секунды его гнева , чтобы перейти в наступление. Мой кулак схватил его за подбородок, заставляя запрокинуть голову. Отец поймал себя на том, что лежит на столе, и бросил на меня яростный взгляд.

— Я собираюсь убить тебя , — пообещал он.

Это научит вас, гребаные дети, не расти слишком большими для ваших ботинок. Он сделал движение, чтобы оттолкнуть меня, но я отскочил от него. Моя свобода длилась несколько секунд, прежде чем отец ухватил меня за школьный блейзер и притянул к себе.

Я ударил его кулаком в живот, заработав в ответ хрюканье.

Я снова потянулся к нему, но отец отступил в сторону, и вместо этого я поймал его галстук. Она уже была ослаблена и легко отошла. Отец снова бросился на меня, ударив кулаком по щеке.

Боль расцвела на правой стороне моего лица, вызвав будущий синяк, или сломанную челюсть. Я упал назад от столкновения, мой правый глаз на мгновение почернел, когда удар резонировал через мое тело.

— Ты думаешь, что сможешь пойти против меня, мальчик?— прорычал отец.

Я приготовлю еду из твоих костей. Я попятился назад, когда он нанес следующий удар. Он промахнулся на волосок, позволив мне на несколько секунд нырнуть под его руку и прицелиться в уязвимую плоть. Он хмыкнул, когда мой кулак коснулся его ребер.

— Ты! Я подошёл к нему с другой стороны, едва не пропустив его попытки схватить меня. Некоторые из его пальцев схватили меня за волосы и потянули, но боли было недостаточно, чтобы отвлечь меня от удара кулаком в его горло.

Отец рухнул на стол, его ножки подломились под его весом. Он пошел ко дну вместе с ними. Я пошел за ним, намереваясь причинить еще больше вреда. Мы с грохотом упали на землю, мои пальцы сомкнулись вокруг его горла.

— СЛЕЗЬ С НЕГО! Чья-то рука схватила меня сзади за свитер и дернула назад. Судя по запаху водки и сигар, это был Виктор.

— Ах ты, грязный мальчишка! Это твой Пахан! Отец поднялся на ноги.

Он заметил Виктора, удерживающего меня, и замахнулся на меня, как всегда оппортунист. Никакой чести, подумал я, когда его кулак врезался мне в живот. Я хватал ртом воздух, не в силах скрыть естественный инстинкт моего тела дышать, даже если это делало меня похожей на задыхающуюся рыбу в руках Виктора.

Отец схватил меня за подбородок, удерживая на месте.