Я потягиваю то, что осталось в моем бокале с вином, и любуюсь молодой женщиной, сидящей напротив меня. Люди всегда говорят, что нужно наслаждаться каждой минутой, потому что дети быстро растут. Я никогда не знала, насколько быстро, пока сейчас, оглядываясь на семнадцать лет назад, не задумалась, куда, черт возьми, делось время.
С другого конца комнаты доносится женский смех, и мы обе, естественно, обращаем любопытные взгляды в сторону звука. Изящная женская рука перекинута через спинку стула мужчины. Ее пальцы с ногтями темно-бордового цвета нежно пробегаются по его волосам на затылке, пока она с любовью смотрит на его профиль. В ней есть что-то знакомое. Высокие скулы, шелковистые темные волосы, завитые в крупные локоны, свободно уложенные на затылке. Интересно, не снималась ли она в каком-нибудь шоу, которое я смотрела раньше...
— Мама.
Когда я поворачиваюсь к Хейван, ее лицо бледное, а выражение — каменное. Ее глаза тоже устремлены в сторону красивой женщины. Я прослеживаю ее взгляд, и время словно замедляется.
Теперь женщина нос к носу с мужчиной, перед которым она заискивала. Он смотрит ей прямо в глаза, на его лице ленивая ухмылка. Мужчина тянет руку вперед и осторожно убирает прядь волос с ее лица.
Мужчина — это Хейс, а женщина... Теперь я ее вспомнила. Это та женщина из бара, когда я была здесь в последний раз. Та, на которую он все время смотрел в баре.
Возможно, они просто друзья.
Потом я замечаю, что они не одни. Они сидят за столиком с двумя другими парами. Одну из них я никогда раньше не видела, а вторая — Хадсон и Лиллиан.
Они и бровью не повели, когда женщина с соблазнительной улыбкой скармливает Хейсу кусочек своей еды.
Я отворачиваюсь, чувствуя себя так, будто подглядываю за интимным моментом между влюбленными.
— У него свидание, — прорывается сквозь мои мысли голос Хейван. — Почему Хадсон и Лиллиан с ним? — От обиды, прозвучавшей в ее вопросе, мне хочется поджечь всю землю.
— Все в порядке, милая. Хейс взрослый человек. Ему позволено делать все, что он хочет. — Я не могу сдержать дрожь в голосе.
— Но я думала... — Хейван смотрит в сторону Хейса. — Он держит ее за руку под столом.
О, боже, меня сейчас стошнит.
Я трижды пересчитываю свои деньги, чтобы оплатить счет, и наконец сдаюсь, надеясь, что оставила достаточно чаевых. Если нет, то, по крайней мере, они обвинят мою маму в скупости, а не меня.
— Нам пора идти, — говорю я и быстро встаю.
— Ты не собираешься у него узнать что происходит? — спрашивает Хейван, но следует за мной.
— Мы не вместе, Хейван!
Она вздрагивает от свирепости в моем голосе.
— Кроме того, мы уезжаем через пару дней. У него здесь своя жизнь. Она не изменится только из-за нас.
Водитель из здания Хейса ждет снаружи, так что мы можем выйти и сразу сесть в машину. Поездка обратно в кондоминиум проходит в тишине, и когда я оглядываюсь, чтобы проверить Хейван, то вижу, что в ее глазах стоят слезы.
— Мам? — Она шмыгает носом. — Меня тошнит от Нью-Йорка. Я хочу вернуться домой.
Кладу ее руку себе на колени, моя грудь сжимается, пока я сдерживаю свои чувства, чтобы оставаться сильной ради нее.
— Я тоже.
Хейс
— Мы, блядь, сделали это, чувак! — Хадсон пожимает мне руку и притягивает к себе, чтобы обнять за плечи. — Ты продал ему проект строительства!
— Ну не знаю. — Я высвобождаюсь из его объятий, чтобы принять бокал скотча, который мне протягивает бармен. — Твое предложение об экологически чистых ветряных турбинах для получения энергии закрыло сделку.
Мистер Лавкин покинул ресторан несколько минут назад, и мы решили выпить по случаю победы в баре.
— Я все еще думаю, что это было связано с моим проектированием здания с учетом естественного освещения. — Лиллиан потягивает бокал шампанского, оттопырив мизинчик.
Элли поднимает свой бокал с шампанским.
— За объединение всех лучших идей, которое только что принесло «Норт Индастриз» сделку года.
Мы поднимаем бокалы, пьем, и я чувствую, что многое в моей жизни встает на свои места. Если бы только я мог убедить Ванессу и Хейван остаться, тогда бы все было идеально.
— Спасибо, что пришла, — говорю я подруге. — Ты успокоила миссис Лавкин всеми этими разговорами о благотворительных взносах. Откуда ты знаешь, что она возглавляет природоохранную организацию?
Она подмигивает, затем прижимается к моему бедру.
— Ты платишь мне за то, что я делаю домашнюю работу.
Мы чокаемся, и я выпиваю столько, сколько могу. Я обещал Хейван и Ванессе, что буду дома к яблочному пирогу.
Хадсон поднимает подбородок в мою сторону.
— Я думал, что мы проиграем сделку, когда ты промолчала о разрешении на строительство на частной земле.
— Да, — говорит Элли. — Я схватила его за руку под столом и сжала так сильно, что думала, сломала ему палец.
— Спасибо тебе за это, — говорю ей. — Мои мысли немного блуждали. — Я думал о том, как бы мне хотелось, чтобы Ванесса была рядом со мной. Мы с Элли так привыкли играть пару, что это стало для нас второй натурой, но сегодня все было как-то не так. Я не мог вжиться в роль так легко, как раньше.
И все из-за Ванессы.
