Со мной лично произошёл следующий случай. Сопровождая журналистов телеканала «Звезда» в районе посёлка Старомихайловка, мы попали под бомбёжку с квадрокоптера. Один аппарат висел в воздухе как «наблюдательный», контролируя сверху передвижения по ходу сообщения, а второй летал на ближайшую позицию противника для подвеса новых взрывных устройств и смены батарей. Между сбросами бомб проходило около 5—10 минут. Соответственно, сразу после сброса очередной бомбы бойцы открыли огонь по «корректировщику», смогли заставить его уйти, а это позволило увести гражданских журналистов в тыл. Позднее один из коптеров был сбит, также огнём стрелкового оружия. Большим везением стало и то, что весь процесс попал на видео, можно посмотреть и на саму бомбёжку, и её точность, и на пролёты БПЛА «бомбардировщика» на пополнение БК.
С вопросами о борьбе с БПЛА с помощью штатного стрелкового оружия, не погружаясь в фантастический мир дронобойных ружей, я обратился к известным ополченцам «Мексиканцу» и «Индусу» – оба были в армии в момент перехода украинской стороны к массовому применению ударных и разведывательных коптеров. «Индус» на юге Республики, а «Мексиканец» – в Горловке.
– Насколько эффективен огонь стрелкового оружия против дронов-коптеров?
«Мексиканец»: Эффективен (про возможность ПОРАЖЕНИЯ дрона), если огонь ведётся грамотно обученным и высоко дисциплинированным подразделением и опытным командиром. Вопрос, надеюсь, лишь про те квадры или крылья, высота полёта которых достаточна низка для поиска их невооружённым взглядом и поражения их из стрелкового оружия.
«Индус»: На моей памяти коптеры только стрелковым оружием и сбивали. Хотя нет, был один случай, когда стрелок с позывным «Стрелок» из БМП‑1 кумулятивом умудрился сбить восьмивинтовой дрон, который нёс 82‑мм мину. Пока он пролетал над окопами, мы его обстреляли, я лёг на дно окопа и работал из пулемёта ПК, он ушёл к нам в тыл, где отбомбился. А вот во время его возвращения стрелок из БМП‑1 сделал выстрел по нему, кумулятив разорвался недалеко от дрона, и он загорелся. Упал на нейтралке. Я думаю, укры удивились, мы тоже, если честно, да и сам стрелок, наверное, больше всех, но получил благодарность от командира батальона на построении.
Конечно, малоразмерные БПЛА уничтожаются стрелковым оружием, важна плотность огня. И людям надо пройти обучение, чтоб они понимали, как он двигается. По зависающим, конечно, ведёшь прицельный огонь, по движущемуся короткими очередями с упреждением. Когда применение противником БПЛА стало массовым, я три магазина носил с трассерами. Они хороши тем, что ты можешь с их помощью делать своим бойцам целеуказание, и они видят (на фоне неба), куда вести огонь.
– Как и в каком составе необходимо вести огонь по коптерам, кто должен для этого привлекаться (ПВН, дежурные огнвые средства, все…)
«Мексиканец»: «Прицельным огнём», если «завис» и «постановкой заградительного огня», если двигается и маневрирует; к поражению воздушных целей должно привлекаться максимально возможное количество вооружения, в том числе и стрелковое оружие, способное поражать летающие цели. Чем выше плотность поражающих элементов в непосредственной близости с целью (дроном/квадром/крылом), количество пуль/осколков на «метр/кв. в сек», тем эффективнее будет качество огня.
Единственно, что хочу обратить внимание, по моему очень скромному мнению, проблему уничтожения БЛА нельзя вешать на кого-то одного. Уничтожение БПЛА, воспрепятствование работы БПЛА не должно лежать только на пехотных ПВНах (пунктах воздушного наблюдения), или только на подразделениях ПВО.
«Индус»: Если ты находишься непосредственно на замаскированных объектах, то конечно выскакивать и прямо оттуда вести огонь по БПЛА из автоматов будет глупо, потому что таким образом ты просто упрощаешь ему ведение разведки (даже если сбить коптер, по телеметрии будет видно). В таких ситуациях должны ПВН работать и средства ПВО штатные. Важен жёсткий инструктаж, чтоб все знали, что и в какой ситуации делать, и не терялось управление.
Как только наблюдатель фиксировал пролёт беспилотника, я получал информацию, на какой высоте и по какому курсу он движется, сразу «отзванивался» и ЗУ‑шникам (расчётам ЗУ‑23—2), и давал указания своим бойцам. Конечно, сразу доклад делал вышестоящему руководству о появлении воздушной цели и о принятых решениях. Кроме открытия огня, кстати, важно было принять и дополнительные меры к маскировке, если остаётся время. В целом же по тому, кто должен вести огонь, не стоит допускать перегибов. Кто-то должен продолжать наблюдение за противником, часть должна уйти в укрытия и т. д. ПВН и дежурные группы должны работать, а остальные должны в рамках разумного заниматься своими основными задачами. Беспилотник – беспилотником, но «зевать» тоже нельзя.
– Насколько опасно вести огонь по дронам для самих бойцов?
«Мексиканец»: Дима, ё-моё, а че за вопрос такой? (вопрос продиктован распространённым мнением в сети. –