Многие из нас не задумываются о том, что животные не меньше нашего могут любить, страдать, радоваться жизни и грустить… Лошадь живёт в лесу, её мать застрелили на её глазах, бесконечно охотятся браконьеры, ни в одном табуне лошадь не нашла своего пристанища. И вот в один день на неё вновь нападают дикие и злые мужики с верёвками и ружьями. Сможет ли лошадь вновь вырваться на волю или может её ждёт новая жизнь, но уже в загоне?
Свобода.
Краски природы- самые настоящие краски. Обучая маленького ребёнка цветам, отведите его на улицу, покажите на траву и скажите, что это зелёный. И тогда он навсегда запомнит, что зелёный- цвет спокойствия, умиротворения. Покажите ему на небо и скажите- это голубой. И тогда он поймёт, что голубой-это чистота. А потом покажите на землю и скажите- это твоя мать. И тогда он поклонится ей.
Голубое небо дурманит голову. Солнце своими лучами беспощадно обжигает. Ни единой тучки не проскользнёт, ни единого облачка не покажется. Душно…
Рыжее поле выедает глаза. Глядя в длинные колосья хлеба, невольно жмуришься и подставляешь руку ко лбу, чтобы рассмотреть каждый колосок. Благодать…
Но это далеко не все красоты необъятной матушки-земли. Стоит посмотреть чуть левее – и совсем иная картина. Что за чудо? Какое буйство красок. Красный, жёлтый, розовый и зелёный, зелёный, зелёный! Ах! Улыбка невольно показывается на лице, и хочется бежать, раскинув руки. Впустить в себя весь воздух. Впустить ветер, чтобы его могучий дух пронёсся через душу.
Но вот и новая краска! Сколько синей краски! Озеро раскинуло свою широкую грудь, а вокруг неё собрались девушки-красавицы, любуются своими ветвями, листочками. Берёзы… Россия без берёз – всё равночто небо без звёзд.
Но у озера не только берёзки, склонившись стоят. Бродит там красивое, грациозное, величественное животное-лошадь. Эту лошадь вырастила природа. Она кормила жеребёнка, словно мать грудью. Озеро питало животное силами и свежестью. Трава вскармливала молодое тело и давала энергию. Деревья уготовили для маленькой души ночлег. Сколько не пытались поймать люди эту лошадь, природа не отдала своё дитя в руки дикарям. Так и живёт лошадь без роду и племени, без имени и узды. Сколько мимо проходило табунов, не ушла лошадь от материнской груди. Не оставила лошадь свою кормилицу.
Вороная красавица, с чёрной гривой, с звездой на мордочке медленно пила воду из озерца, прислушиваясь к звукам природы. Её жёсткие копыта твёрдо стояли на земле, правая нога чуть была согнута, с мощной шеи тонкими струйками стекал пот. Чёрная, ни разу не чёсанная и не заплетённая в косу любящими хозяйскими руками грива кончиками касалась воды. Лошадь только что прибежала из леса, где наткнулась на следы людей. Она почуяла, что дикари опять объявили на неё охоту. Она бежала скорей к родному месту, где ей было спокойно. Напившись воды, лошадь легла под большое дерево на траву и,прислушиваясь к звукам, закрыла глаза.
Но что-то ей мешало погрузиться в сон. Листья шелестели не так, как обычно. Трава пахла по-иному. Деревья взволнованно шептались. Лошадь воспринимала каждый шорох, постоянно открывала глаза и вертела головой. Сердце её сжималось с трудом. Что-то хрустнуло, и лошадь резко задрала голову. Она осмотрелась вокруг, долго вглядывалась в глубь леса, но ничего не увидела. Вороная только хотела закрыть глазаи хотя бы на минутку отстраниться от мира, как вдруг дикари набежали со всех сторон. Она вскочила, начала громко реветь. Душераздирающий крик пронёсся по всей опушке, и даже птицы вылетели из глубин леса. Налетел ветер, деревья взволновались, листья затрепетали, вода забеспокоилась. Лошадь отбивалась, вставала на дыбы, била копытами, но верёвки тащили её в разные стороны, душили, кислород с трудом пробирался в легкие. Шестеро мускулистых мужчин по очереди накидывали верёвку и, оскалив зубы, тянули каждый на себя, чтобы выбить лошадь из колеи. Но та не сдавалась, испуганное животное цеплялось зубами за воздух. Она отбивалась задними копытами, вставала на дыбы, мотала головой, била хвостом, но ничего не помогало. Верёвки начали натирать ей шею до крови, и тут она почувствовала пронзительную боль в ноге. Прибежал ещё один мужчина и выстрелил животному в ногу, это было снотворное. Пронеслась обжигающая теплота, силы спешно начали покидать могучее, но такое беззащитное тело. И через некоторое время ноги лошади начали подкашиваться, и она медленно опускалась на землю. Страх начал притупляться, и в глазах показалась белая пелена. А потом ночь…
Мужчины позвали на помощь других, и двадцать мускулистых, мокрых от жары и тяжести животного, грязных от пыли, пытались перетащить тело в машину. Провозились они около получаса. И закрыв борт кузова, они пали навзничь.
– Ох, ну кобылка! – Завопил один из них, вытирая пот с лица.
– Да,– протянув, сказал другой,– с характером лошадёнка. Так это нам в плюс. Такой у нас ещё не было. Пару годков отбегает, а потом какая из неё колбаса получится. – Ухмыляясь, потирая живот, прохрипел мужчина.
-Ну всё, некогда лежать, ехать пора, уж и так провозились немало, – хмуро сказал третий мужчина, и все начали садиться по машинам. Заревели моторы, заскрипели колёса, поднялась пыль, и остались только следы от грубых шин.
