«Можно не успеть, – думал он. – Можно так и остаться навсегда в лампе. На местном уровне не составит труда закрыть и стереть из памяти даже само упоминание о связи беглецов с разгромом аула в горах Карачаево-Черкесии, а выход на них в Самарской области, да и непосредственно начало операции в Поволжье объяснить профессиональным чутьем. Откуда у них в руках оказалось оружие вопрос не главный, экспертизу замнут. Официально я нигде не фиксировал версию, лишь несколько лиц из руководства, да окружение было осведомлено, и Кротов, несомненно, докладывал, методично докладывал об этом наверх, дублируя мои отчеты. Я же упоминал об этом лишь как о версии, именно версии, не будучи в этом убежденным, и не имея веских доказательств. Но для того же Кротова эта версия рабочая, и при нужном давлении так оно и выйдет, учитывая его возможную непродолжительную связь с кавказцами… Тут я, конечно, могу ошибаться на его счет, но иной претендент на предоставление данных на сторону маловероятен… А почему его, вообще, ко мне приставили в таком качестве? – неожиданно сам себя спросил Шоцкий. – Никогда ничего подобного руководство в моем отношении не предпринимало. И почему я сразу не придал этому значения, несмотря на то, что сразу же понял смысл его назначения, негласный смысл? Мне было все равно! Я не видел в нем угрозы, даже помехи. Разве он мог помешать мне, расстаться с лампой? Но обстоятельства выстрелили именно так, как выстрелили. Что ж, придется форсировать ситуацию».
За окном светало. Шоцкий посмотрел на часы. Он снова закрыл глаза, постарался успокоить дыхание, и вскоре у него получилось заснуть.
В девять утра он был уже в кабинете, выделенном УМВД по Омской области, и рассматривал карту, висевшую на стене.
У окна сидел Кротов и читал что-то в телефоне. В соседнем кабинете члены их команды по поручению руководства, не переставая, разговаривали с инспекторами, дежурившими на постах по всем трассам и дорогам от Тюмени до Новосибирска.
– Подключили всех, кого могли, – между делом сказал Кротов. – Вчера вечером всем прилетело, не ты один под раздачу попал, то есть, тебе, конечно, как руководителю больше досталось, но, похоже, наши вчера в ударе были, построили всех и везде. По областям прошлись. Задействовали даже спецподразделения. Думаю, кто-то что-то невнятно ляпнул на самом верху, да так, что там решили, будто под угрозой национальная безопасность.
– Очень скоро одумаются, – задумчиво проговорил Шоцкий, – откат пойдет. Ты говорил о ФСБ. Если это не просто слух, спустят все с горки, и…
– Нас с тобой ничего хорошего не ждет.
– Это верно.
– Но, зачем они тут нужны? Это, понятное дело, федеральный масштаб, но не их интерес. Как думаешь?
Шоцкий пожал плечами.
– Из-за кавказских дел, – предположил Кротов, – мы задели мафию?
– Это лишь предположение, лишенное прямых улик, – немного напрягшись, сказал Шоцкий.
– Как? – удивленно воскликнул Кротов, – ты же только благодаря этой версии вышел на них, разве нет?
– Это сейчас уже не важно, – стараясь уйти от темы, произнес Иван Владимирович, – нам бы снова на след напасть… и как они проскочить сумели?..
Кротов, ничего не сказав, пристально смотрел на Шоцкого. Тот подошел к окну.
– Говорят, где-то здесь Колчак сбросил свое золото, – проговорил он. – Тут совсем рядом Омь впадает в Иртыш. Ты не устал, Илья Константинович? – Шоцкий совсем не хотел ничего подобного спрашивать у Кротова, но его будто что-то подтолкнуло, словно нарочно тянуло к какой-то мелкой провокации.
– Ты о чем, Иван Владимирович?
– Обо всем этом… – Шоцкий на мгновение задумался. – Я устал. Честно.
– По тебе не видно. Сколько я о тебе слышал, ты никогда не устаешь…
– Ничто не вечно. Ладно, не будем об этом. – Шоцкий махнул рукой и отошел от окна, вернувшись к рассмотрению карты.
– Я тут новости читаю, – как-то с натугой произнес Кротов, обнаружив для себя, что боится взглянуть на Шоцкого.
Тот посмотрел на Илью Константиновича и сразу же это заметил.
– Что там? – спросил он.
– Ночь длинных ножей в Ростове-на-Дону. Зверски убит криминальный авторитет Василий Чакин по кличке Ротор, а с ним семеро его подельников, из основного приближения, в разных частях города и области. Задержан некий Аслан Мирзоев, как один из возможных организаторов убийства, а с ним и несколько боевиков. Мирзоев принадлежал к клану Джабраила Кудаева, убитого во время сходки в своем доме месяц назад. Более того, правая рука Кудаева, Рашид Мамбетов, был обнаружен мертвым в окрестностях Тюмени вместе со своими людьми, убиты они были в результате перестрелки. Что делал Мамбетов в Тюмени, не ясно. Не имея на настоящий момент полной картины произошедших событий, следственные органы, однако, склонны считать, что речь идет о конфликте, возникшем между Чакиным и Кудаевым, приведшим сначала к ликвидации последнего, и далее повлекшим за собой череду убийств уже осуществленных на почве мести, со всеми вытекающими последствиями. Вот, о каких последствиях они говорит?
Шоцкий молчал, продолжая смотреть на карту.
– Что думаешь, Иван Владимирович? – несмело спросил Кротов.
