– Илья, я могу предположить, что ты даешь нашему с тобой руководству… извини, не сложно догадаться, это отчасти здоровая практика, и никуда от нее не деться. Даешь отчет о наших действиях, в первую очередь, конечно, о моих шагах. – Кротов хотел было вспыхнуть. – Так вот, думаю, тебе стоит фильтровать все, что ты говоришь. А то и без нашей с тобой инициативы могут начать разбираться во всем том, что пока связать между собой они не могут, пока не могут. ФСБ как раз, судя по всему, уже начали связывать. Чем грозит, сам понимаешь. Ты меня понимаешь?
– Я тебя понял, Иван Владимирович, – как можно спокойней произнес Кротов.
– Это в наших общих интересах.
– Я понял.
– Мы никогда ничего не слышали о Рашиде Мамбетове, – сказал Шоцкий.
Кротов растерянно закачал головой, пытаясь собраться с мыслями, и, наконец, выговорил:
– Я итак о нем ничего не слышал.
– Отлично. И, разумеется, версия о том, что наши подопечные напали на аул, несостоятельна. Нам просто повезло, что мы вышли на них, заметь, уже очень далеко от гор. Самара, Оренбург, а дальше, дальше – это уже наши оперативные мероприятия, не имеющие ничего общего с горскими разборками.
– Я, я все понял, Иван Владимирович, – приходя в себя, сказал Кротов.
– В Тюмень же я отправился для проверки версии того, что они разделились примерно на том географическом участке. И я оказался прав.
– Все так.
– И теперь наша задача заключается в том, чтобы их снова обнаружить, уже всех вместе, и покончить с этими гонками.
– Исчерпывающе, – воскликнул Кротов.
– Тогда, за дело! А вон и Иртыш.
– Красиво.
– Да, и ФСБ не захочется показывать связь, не в их интересах.
– Почему так думаешь?
– Просто поверь. Взвешивай каждое слово.
– Я уже все понял.
– А мне, буду с тобой откровенен, Илья Константинович, не совсем понятна твоя функция смотрителя. – Шоцкий все же не сдержался.
– Иван Владимирович, я всего лишь исполняю приказ…
– Но, с чего вдруг… извини, это всего лишь любопытство. Скажи коротко.
– Ты был не в себе, – отрезал Кротов.
– Не совсем ясно.
– Сам просил, коротко. Мне вот что сказали, тоже коротко: «Наш Феликс издал лирические ноты. Может, это случайность, а вдруг что-то другое. Проконтролируйте его, очень ценный сотрудник, чтобы дать сбой». Вот, как-то так.
Шоцкий ухмыльнулся.
– А что вы, Иван Владимирович, тут про каторжников говорили, про каторжный город? – вспомнил вдруг Кротов.
– А ты взгляни на скульптуру, – призвал Шоцкий, указывая на памятник Достоевскому. – Идет, как на заклание, руки будто скованы его же одеждами… Мы оказались в незавидном положении… с определенной точки зрения.
– Когда нас кинули на это дело или когда мы влипли с этой кавказской мафией?
– Когда смирились с нашей жизнью.
– Извини, Иван Владимирович, не понимаю.
– Разве ничего не слышишь?
– Нет, а что я должен услышать?
– Кандалы лязгают…
Расстояние в пятьсот с лишним километров удалось преодолеть за день. Выехав рано утром из Тобольска, к вечеру были уже в Сургуте. За все время пути сделали три остановки. Как и в Тобольске, в Сургуте была снята квартира. Бюджет был спланирован с таким расчетом, чтобы можно было теряться в больших городах, снимая квартиры. Если со съемом жилья особенных проблем не возникало, отелями решили не пользоваться. По обстоятельствам, в зависимости от местности, погодных условий и прочих сторонних факторов было решено разбивать лагеря. Жилье, бензин и еда! До Тихого океана денег хватит с излишком. Оставался вопрос пополнения бюджета для перехода границы, для Вячеслава с Марией, и для оформления документов и обустройства на выделенной земле, с учетом времени проживания в ожидании подтверждения заявки и непосредственно выбора самого участка, для остальных. Кроме того, Андрей не исключал возможности поселиться где-нибудь «в такой глуши на берегу океана, что и документов никаких не нужно». Данная перспектива при всей прелести ее романтизма ничего, кроме скептической улыбки у всех, даже у Петра Ильича, да и у самого Андрея, не вызывала. Ислам оставался равнодушен ко всему. Казалось, он до сих пор не понимал, что с ним произошло и происходит. Тем не менее, Петр Ильич был полон решимости, взять всю ответственность за молодого горца на себя.
Андрей изучал местность по картам, нарисованным в тетради Вячеслава. Он насчитал еще два тайника, которые должны будут встретиться на пути, и в которых, согласно этому бесценному справочнику должны храниться деньги.
