Блум и Бергер разъехались в разных направлениях, она во взятом напрокат автомобиле, он — на своей служебной машине.
Обстановка в полицейском управлении на Кунхсхольмене не была похожа на субботнюю. Бергер прошел через рецепцию, поднялся в Национальный оперативный отдел и остановился перед приоткрытой дверью.
На двери красовалась табличка: Комиссар Дезире Русенквист.
Ди, мысленно произнес Бергер.
Она сидела, уткнувшись в мобильный телефон. Очки съехали на кончик носа, в руках толстенная папка, а по всему столу разложены бумаги и фотографии, очевидно, вынутые из этой самой папки.
На мгновение Бергер ощутил тепло. То, что на первый взгляд казалось бегством от работы, на самом деле являлось способом вести заметки. Ди превратила свой мобильник в классический блокнотик полицейского. В остальном она выглядела в точности как всегда: сама надежность.
Единственный в мире человек, на которого он мог положиться на сто процентов.
Его взгляд скользнул по одной из фотографий на столе. Его словно пронзило ледяным мечом. Он достал свой мобильный телефон, отключил звук и сделал снимок. Потом засунул телефон обратно в карман, отошел в сторону, так, чтобы его не было видно, и постучал.
— Секундочку, — крикнула Ди.
Он подождал. Ледышка у него внутри никак не хотела таять.
— Входите, — позвала Ди.
Он вошел. Абсолютно чистый стол. Все документы и фотографии убраны в папку. Ди подняла взгляд, явно удивилась. С таким видом, будто ее застали врасплох, она нажала кнопку на телефоне, взяла себя в руки и помахала ему, чтобы заходил смелее. Они обнялись. Он выдвинул стул для посетителей, сел рядом с ней.
Она издала короткий смешок, скорее фыркнула, больше ничего.
— Что ты хочешь, Сэм? — спросила она, откладывая очки.
— Я узнал, что ты дежуришь в эти выходные.
Какое-то время они смотрели друг на друга, парные лошадки.
Потом Бергер произнес:
— Мне нужна помощь с расследованием сутенерской деятельности четырнадцатилетней давности, связанной с именем Юлии Берглунд.
— Вот как? — во взгляде Ди появилась строгость.
— Больше ничего сказать не могу, — продолжил Бергер. — Но мне очень нужна помощь. Мы нашли упоминание имени, но в старых архивах криминального отдела есть только фрагменты расследования.
— Откуда АО «Эллинг Секьюрити» вообще что-то знает об архиве криминальной полиции?
— Ну, скажем так, у меня сохранились некоторые контакты.
— Я не могу втихаря добывать для тебя информацию, Сэм, ты это знаешь.
— Итак, Юлия Берглунд, — продолжал настаивать Бергер. — Сутенерство, четырнадцать лет назад.
— Я попробую, — сказала наконец Ди, покачав головой. — Кстати, что значит «мы»?
— Молли вернулась, — ответил Бергер, глядя ей в глаза.
Ди нахмурилась, теребя в руках очки, взгляд ее устремился к окну и рассеялся где-то за парком.
— Что значит «вернулась»? — спросила она.
— Молли работает со мной как раз с этим срочным делом, а потом посмотрим.
— А ребенок?
— Дочь, — кивнул Бергер. — Мирина.
Ди встала, протянула Бергеру руки, заключила его в объятия. Бергер обнял ее в ответ, крепко и искренне. А льдинка все продолжала плавать у него в крови. Даже после объятий.
Они снова сели, не спуская друг с друга глаз.
— Ди, — думал Бергер.
Ди.
— Срочное, говоришь? — произнесла она наконец.
Он с недоумением взглянул на нее, не понимая, о чем речь.
— Что? — переспросил он.
— Ты ведь сказал, что дело срочное? Похоже на… похищение?
— Твой внутренний полицейский никогда не дремлет, — заметил Бергер. — Если бы это было так, чисто гипотетически, каким было бы первое требование похитителя?
— Не обращаться в полицию, — кивнула Ди. — Я понимаю. Попытаюсь добыть для тебя то дело. Инкогнито.
— А ты сама чем занимаешься? — спросил Бергер, обведя стол рукой.
— Это тоже секрет, — ответила Ди, криво улыбнувшись. — Кстати, как идет терапия у Риты? Ты выглядишь намного бодрее. Ты вообще до нее дошел?
Бергер кивнул:
— Да, это можно назвать всеобъемлющей глубокой терапией. Рита Олен потрясающе чувствует людей.
Ди похлопала его по ноге, улыбнулась и жестом показала на стол.
— Мне надо работать. Может, как-нибудь поужинаем вместе?
— Как только раскрою свое
Он вернулся в свой пахнущий новой машиной служебный автомобиль, сел за руль. Минуту посидел с закрытыми глазами. Потом достал мобильный телефон, взглянул на его блестящую черную поверхность. Увидел себя. Вид у него был бледный.
Как будто в его жилах все еще не растаял лед.
На это можно было наплевать. Времени сейчас нет. Внутри Бергера безжалостно тикали острые стрелки внутренних часов. У него всего тридцать часов, чтобы спасти Надю Карлссон. И если он что-то и хотел сохранить в жизни, так это возобновленные доверительные отношения с Ди.
Но детектив в нем был сильнее частного лица. Он снова включил звук, быстро провел пальцем по экрану, разблокировал телефон с помощью распознавания лица и вошел в фотоальбом.
Последний снимок сделан всего двенадцать минут назад. Ди сидела, отвернувшись от стола, погруженная в телефон. Перед ней лежало целое море бумаг и фотографий. Бергер медленно приблизил одну из них.
