Каббала идёт дальше. Новые каббалисты за истинную каббалу признают лишь то, что здравому уму недоступно.
Так, знаменитейший из каббалистов, рабби Исаак Луриа, говорил о себе, что в него перешла душа рабби Симона бен Иохайи, высшая, чем души всех прочих древних каббалистов, и что таким же образом души шести учеников рабби Симона перешли в шестерых учеников его, Лурии; а эти ученики, вместе с ним — суть те именно «семь очей Божьих, взором объемлющих всю землю», о которых свидетельствует Захария (IV, 10). По удостоверению же рабби Виталя, ученика Лурии, этот последний с духами разговаривал так же свободно, как и с людьми.
Впрочем, и древним талмудистам не в чем завидовать рабби Симону бен Иохайи.
Например, в вавилонском талмуде значится, что рабби Ханина и рабби Ошайия накануне каждой субботы, усаживаясь размышлять над «Книгой Сотворения» (Сефер-Иецира, — вручённая ещё Адаму первая часть каббалы), производили на свет трёхлетнюю тёлку, которую затем и употребляли на ужин. При помощи той же «Книги», как свидетельствует иерусалимский талмуд, рабби Иешуа бен Ханания превращал тыквы и арбузы в оленей и коз, и, что всего удивительней, они были способны размножаться естественным образом. Что же касается ученика рабби Нехунии бен Гаканы рабби Исмаэля бен Элиши, то, по словам талмуда, изучая ту же «Книгу», он несколько раз видел ангелов и даже приятельски разговаривал с ними.
Во всём сказанном нет ничего мудрёного. Талмуд (трактат Санхедрин) удостоверяет следующее:
Объясняя, почему родятся дети хромые, слепые, глухие и немые и прикрываясь намерением помешать мужьям в злоупотреблении жёнами, рабби Иоханан входит в самые неблагопристойные подробности, способные лишь к возбуждению грубейшего распутства (трактат Халла). Далее о рабби Акибе и рабби Кагане рассказывается, как они собственными глазами хотели видеть, что у себя в комнатах делают их учителя со своими женами, утверждая, что и это составляет часть Закона, которой следовало научиться от тех же учителей (трактат Хагига) торжественно поучает, как можно «concipere facere virginem, nullo virginitatis detrimento» и многому, тому подобному.
Параллельно с высокими и отвлечёнными, впрочем, обыкновенно заимствованными идеями, в каббале идут бесконечные ряды нелепостей.
Сюда, в частности, относится изысканно разработанная демонология каббалы, которой соблазнился даже Гёте для своего «Фауста».