– Хорошо, – притворно ворча, соглашаюсь я. – Плати, раз так хочешь. Что-то еще?
– Да. Мне бы хотелось, чтобы мы не вспоминали сегодня об ангелах и обо всем, что с ними связано. Я накладываю табу на слова: ангел, предназначение, видение и все прочие из привычной нам терминологии. Сегодня мне хочется, чтобы мы побыли просто Кристианом и Кларой, двумя студентами, которые отправились на свидание. Что скажешь?
– Хорошая идея, – отвечаю я.
Нет, не хорошая. Отличнейшая идея.
Вот только, отказавшись обсуждать ангелов, мы никак не ожидали, что через час, когда мы будем сидеть в тускло освещенном зале маленького инди-кинотеатра городка Кэпитола в ожидании фильма, у нас не останется тем для разговоров. Мы уже обсудили, как прошла первая учебная неделя, последние сплетни Стэнфорда и наши любимые фильмы. К моему удивлению, Кристиану нравится «Добро пожаловать в Zомбиленд», хотя мне казалось, что ему нравится что-то вроде «Побега из Шоушенка».
– «Побег из Шоушенка» хорош, – говорит он. – Но никто не сравнится с Вуди Харрельсоном, истребляющим зомби. И с его неподдельной радостью от этого.
– Да-да, – скорчив гримасу, бормочу я. – Мне всегда казалось, что зомби наименее страшные из всех монстров. Ну, серьезно. Они медлительны. У них нет мозгов. Они не придумывают коварных планов и не пытаются захватить мир. Они просто… – Я вытягиваю руки и издаю самый страшный из зомбиподобных стонов. А затем качаю головой. – Совершенно нестрашные.
– Но при этом они все идут и идут, – говорит Кристиан. – Ты можешь бежать, убивать их, но с каждой минутой их становится все больше и больше. И они не останавливаются. – Он вздрагивает. – Вдобавок они пытаются съесть тебя. Но стоит им укусить тебя, и все… ты заражен. И сам становишься зомби. Конец истории.
– Ладно, – соглашаюсь я. – Они
И мне даже жаль, что мы выбрали не фильм про зомби.
– Сходим в следующий раз, – говорит Кристиан.
– Эй, у меня появилось еще одно правило для свидания, – шутливо возмущаюсь я. – Никакого чтения мыслей.
– Прости, – тут же извиняется он. – Я больше не буду.
Кристиан становится таким серьезным и так смущается, будто я поймала его за тем, как он заглядывается на мою грудь.
– Надеюсь, так и будет, – говорю я, а затем бросаю в него попкорн.
На его лице появляется улыбка.
И я улыбаюсь в ответ.
После чего мы сидим в тишине, поедая попкорн, пока в зале не гаснет свет, а на экране не появляются первые кадры.
После кинотеатра Кристиан отвозит меня на пляж. Мы ужинаем в маленьком ресторане-гриль «Райское место», которое считается одним из лучших на этом пляже, а затем, сняв обувь, отправляемся гулять по песку. Солнце село несколько часов назад, и в воде отражается лунный свет. Океан плещется у наших ног, даря умиротворение, но мы смеемся, потому что я только что призналась, что мой любимый фильм – «История вечной любви». Помимо того, что он старый и в нем совершенно ужасно пересказывается история Золушки, там снимается Дрю Бэрримор, которая на протяжении всего фильма безуспешно пытается изобразить британский акцент. Но он все еще остается моим любимым.
– Ну, тебе понравился сегодняшний вечер? – через некоторое время спрашивает Кристиан.
– Мне все очень понравилось, – отвечаю я. – Хороший фильм, хорошая еда, хорошая компания.
Он берет меня за руку, и между нами тут же проскакивает знакомая искра. Прохладный ветерок играет с моими волосами, и я отбрасываю их за плечи. Кристиан несколько мгновений смотрит на меня, а затем поворачивается к воде. И это дает мне прекрасную возможность рассмотреть его.
Немного странно называть парня красивым, но это так. Его тело худощавое, но мускулистое, а каждое движение наполнено грацией, как у танцоров. Хотя я никогда бы не призналась ему в этом. Иногда я забываю, насколько он красив. Особенно его великолепные глаза с золотистыми искорками. А за его густые темные ресницы любая девушка отдала бы жизнь. Не забудьте добавить к этому его идеальные брови, точеные скулы и полные, выразительные губы.
Я вздрагиваю.
– Замерзла? – спрашивает Кристиан и, не дожидаясь моего ответа, снимает свой черный пиджак и накидывает мне на плечи. Меня тут же окутывает его запах: мыло и туалетная вода с ноткой облаков, словно он недавно летал по небу. Я вспоминаю, как после пожара в лесу он накинул мне свою куртку на плечи. С того вечера прошло уже больше года, но я все еще не могу забыть первые видения: горящий склон, Кристиана, который говорил мне: «Это ты», и те чувства, что окутали нас, когда мы взялись за руки. Хотя этого так и не произошло, кажется, будто это мои воспоминания.
«Это ты», – говорил он.
– Спасибо, – благодарю я дрожащим голосом.
– Пожалуйста, – отвечает он и вновь берет меня за руку.
Он не знает, что еще мне сказать. Вернее, ему хочется рассказать, насколько прекрасной он меня считает. Как ему хочется ради меня стать лучше и сильнее. Как хочется заправить мне выбившуюся прядь за ухо и поцеловать. И, возможно, в этот раз я отвечу на его поцелуй.
Боже, теперь я нарушаю правила. И, чтобы избежать этого, выпускаю его руку.
