Да, теперь нам предстоит ещё больше обсуждений, и думаю, Дуглас будет орать громче, только бы я не забрался глубже в его душу. Ничего, я выстою, чтобы он полноценно стал моим.
Вернувшись на кухню, дожариваю блинчики и расставляю на столе тарелки и приборы. Достаю мёд для Дугласа и джем для себя. Когда я разливаю кофе, Дуглас входит в столовую уже одетым в костюм и в мрачном настроении.
– Покрепче или послабее? – интересуюсь, указывая взглядом на кофе.
– Покрепче.
Ставлю перед ним кружку и сажусь на свой стул.
– Не дуйся, Дуглас, я хочу быть честным с тобой и поэтому сказал о том, что у меня на сердце. Ты можешь это принять или нет, выбор за тобой, – произношу я.
– Неужели, тебе мало всего этого, Тьяго? Зачем тебе моё дерьмо? – фыркая, Дуглас кривится и отпивает кофе.
– Если ты говоришь о твоей квартире и твоём рте, то да, мне мало. Я больше ценю человеческие качества, чем роскошь и деньги. Твои мне подавно не нужны, и я не приму от тебя ничего. Это ты должен запомнить. Предложишь мне хоть что-то подобное как для Кензо и других, я уйду, и это будет веской причиной. Я не продаюсь. Ты не покроешь никакими деньгами мою боль. Ты не оплатишь и не восстановишь какими-то бумажками раны, наносимые мне. А что насчёт дерьма, то… – делаю паузу, видя напряжённый взгляд Дугласа.
– То?
– Я люблю задницы, Дуглас, и обычно они полны дерьма, но знаю несколько настоев для очищающих клизм и легко справлюсь с этим. Так что меня твоё дерьмо не пугает, я готов, – продолжаю с улыбкой.
– Боже, как с тобой сложно, – цокая, он качает головой.
– Вообще-то, всё наоборот. Это ты весь такой сложный и мрачный, а я… я просто Сантьяго Диаз, у которого небольшие проблемы с душевным равновесием.
– Небольшие? Конечно.
– Небольшие, Дуглас. Именно небольшие, потому что их можно преодолеть, и ты можешь мне в этом помочь. Но вот как помочь тебе, я понятия не имею. Мне нужны подсказки, хотя бы небольшие.
– И какие же?
– Для начала скажи мне правду, ты хочешь меня или же игрушку?
– Тебя. Это был лёгкий вопрос. Мне нравишься именно ты вот такой неразумный идиот, который постоянно попадает в неприятности.
Вау, он быстро ответил, и мне приятно, но это был серьёзный вопрос, а Дуглас отшучивается.
– Кензо…
– Давай договоримся, Тьяго. Всё что было до тебя, не имеет отношения к настоящему. Идёт?
– Нет, мне нужно знать, сколько у тебя таких было, и есть ли они ещё. Раз я не игрушка для тебя, то хочу быть единственным. Да, не смотри так на меня. Я верный и эмоционально зависимый от тебя партнёр. Если тебе плохо, то и мне тоже. Если ты смеёшься, то и я улыбаюсь. Всё просто. Моё сердце чувствует тебя и творит со мной нечто плохое и очень редко хорошее. Я впервые полюбил мужчину. Влюблялся часто, но такие чувства, как к тебе, у меня впервые, и я боюсь того, чем это закончится.
– Ты слишком много болтаешь, Тьяго. Ешь.
– А ты слишком часто увиливаешь от темы разговора, Дуглас. Все вопросы остаются открытыми, а мне нужны ответы. Можешь сделать это не сейчас, но потом ты расскажешь мне всё, что я захочу. И да, я дотошный, порой жутко упрямый и понимающий. Я умею прощать, Дуглас, но не вынуждай меня ненавидеть тебя. Прощение – хрупкая вещь, и порой оно разбивается на очень мелкие осколки, которые никогда не собрать.
– Тебе это, действительно, так необходимо? Проще ведь не думать о завершении отношений.
– Проще для кого? Для тебя, обычно оплачивающего все свои заскоки? Наверное, да, для тебя проще, но я всегда выбираю искренность и честность. Только такие отношения мне нужны, другие для меня неприемлемы. И никакие чувства не помогут мне смириться с тем, что ты будешь обращаться со мной, как с вещью. Понимаешь? Я хочу быть равноправным партнёром, Дуглас. Хочу иметь вес во мнении и в решениях, которые нам предстоит сделать. Мне необходимо узнать, почему ты так глубоко засел в моём сердце? Что именно оно увидело в тебе и зачем постоянно тянется к тебе. Мне это очень нужно.
– Значит, отношения?
Киваю Дугласу, жуя блинчик.
– Ты должен понимать, Тьяго, что я не собираюсь обнародовать наши отношения. Мой авторитет и стиль жизни…
– Я этого не требую, – моментально заверяю его. – Правда, я никогда не потребую от тебя подобного. Я согласен всё держать втайне. Согласен жить с тобой и продолжать убираться здесь, пока не пойму, как двигаться дальше и в каком направлении мне это делать. Но хочу лучше узнать тебя и, вероятно, до сих пор в моей голове живёт червяк по имени «Кензо», напоминающий мне о том, что знает о тебе больше, чем я. Он имел полное представление обо всех твоих тайнах, и ты с ним делился многим. Я…
– Тьяго, в этом и проблема, – горько усмехаясь, Дуглас вытирает рот и поднимается со стула.
– Ты не Кензо и не кто-то другой. Ты отличаешься от них всем. С ними мне было просто говорить, с тобой мне страшно.
– Страшно? Почему?
