Дуглас резко встаёт и второй рукой ласкает себя так же быстро, как и меня. Чёртов ад. Проклятые демоны порнографии. Хватаюсь за плечи Дугласа, стону и скулю, даже матерюсь ему в губы, дыша в них быстро и поверхностно. Меня освобождает через секунду. Сперма брызгает на его член, и он быстро растирает её по нему. От этого я лишь сильнее кончаю, содрогаясь в конвульсиях. Рукой нахожу покрытый моей спермой член Дугласа и, опускаясь на колени, хватаю его в рот. Солоноватый привкус, стон Дугласа. Он направляет свой член прямо в горло и цепляется за мою голову.
– Тьяго, мать твою, какой у тебя рот… мой грёбаный рот, – хрипит Дуглас, а я сосу его член, массируя яйца. Он не предупреждает меня. Я понимаю, что он кончит прямо сейчас, судя по напряжённому прессу и глубокому толчку в моё горло. Сперма наполняет мой рот, и я немного отклоняюсь. Она стекает по губам, подбородку, капая мне на грудь и затем на пол.
Вот теперь я сыт и доволен. Теперь это не просто сон, а реальность, в которой я узнаю, какова на вкус сперма Дугласа.
Облизывая губы, поднимаюсь на ноги. Они дрожат. Прикрываю глаза. Дуглас хватает меня, сжимая в своих руках и впиваясь в губы, вылизывая свою и мою сперму.
– Вот так надо было начинать каждое утро с того момента, как ты появился здесь, тигрёнок, – произносит Дуглас, слабо улыбаясь, и отклоняется от меня, тяжело дыша. Издаю смешок и восстанавливаю дыхание.
– Примешь со мной душ?
– Блинчики…
– К чёрту блинчики, Тьяго. Я не могу насытиться тобой. – Его губы снова накрывают мои.
Мы целуемся. Идём в сторону спальни. И хоть я полностью удовлетворён, а мои яйца пустые, но я возбуждаюсь. Медленно, неохотно. Дуглас не позволяет мне отойти от себя хотя бы на шаг. Он обнимает меня, целует мою шею, затем снова губы. Включает воду в душе и прижимает меня к стене.
– Ты очень голодный, – замечаю я, получая передышку.
– Ты не представляешь насколько, – усмехаясь, Дуглас выдавливает на ладонь гель для душа и подходит ко мне.
– Будешь мыть меня, как папочка?
– Твои фантазии меня доконают, тигрёнок. Не буди зверя. Он уже не знает, в какое дерьмо попадёт с тобой снова.
Цокаю от его слов. Дуглас намыливает мою грудь, царапая ногтем сосок и вырывая низкий стон из моей груди.
– Ты опоздаешь, – напоминаю ему, а он неторопливо разворачивает меня и продолжает мыть.
– Заседание только в два, у меня полно времени для того, чтобы изучить тебя. Расслабься. – Он целует меня в щёку и отстраняется.
Я знаю, что он хочет. Мою задницу. Он именно к ней ведёт ладонями. Намыливает мои ягодицы, проводит пальцем по дырочке, и она моментально сжимается от… страха.
– Тьяго…
– Прости, я… это психологический барьер. После насилия я боюсь, что будет больно, хотя кончаю от секса. Кончал… но сейчас…
Поворачиваюсь к Дугласу и тяжело вздыхаю, смывая с себя гель для душа.
– Я всё понимаю и не тороплю тебя. Мне достаточно твоего члена, твоих губ и твоих рук. Я не хочу, чтобы тебе было больно со мной. – Дуглас нежно и так странно для себя гладит меня по щеке, вызывая улыбку.
– Ты чертовски красивый, Тьяго. Я ни разу в жизни не видел таких красивых парней, как ты. Я покупал многих, но ни от одной улыбки мне не хотелось оставить их себе навсегда. Ты моя паранойя, тигрёнок. Ты моя болезнь, которая делает меня безумным. Я не потеряю тебя, слышишь? Я не отпущу.
– Твои слова пугают, Дуглас.
– Никакого насилия, Тьяго. Я не отпущу тебя, пока ты сам не захочешь уйти, взвесив все «за» и «против».
– А если я всё же захочу уйти?
– Отпущу, но прежде ты назовёшь мне причину. Весомую причину, почему ты это делаешь?
– Идёт, но предупреждаю тебя, Дуглас, я не буду твоей шлюхой. Ты никогда не посмеешь мне платить, помогать и хоть как-то воздействовать на меня, чтобы добиться своего. Нет, я не про секс, я про иное. Ты знаешь, о чём я говорю. И к слову, я не пассив. Я полу-актив. Мне нужна твоя задница настолько же, насколько ты хочешь мою.
Дуглас замирает и приподнимает подбородок. Я в курсе, что ему не нравятся мои слова, и он начнёт обороняться, чтобы подчинить меня себе.
– Обсудим это позже. Не сейчас, и моя задница остаётся только моей. – Он смывает с себя пену и выключает воду, демонстративно в одиночестве выходя из душа.
– Значит, будем дальше практиковать петтинг и минет. Я не против. – Пожимая плечами, хватаю полотенце и вытираю себя, постоянно поглядывая на отражение недовольного Дугласа в запотевшем зеркале.
– Тьяго, не играй с огнём…
– Ох, да, эти твои предупреждения. Но хватит. Мы или вместе распутываем страхи друг друга, или заводим свободные отношения. Никак иначе, это моё условие, Дуглас. Ты хочешь, чтобы я доверял тебе, но при этом сам боишься доверить мне свои тайны. Я готов к обсуждению, но в этих отношениях не собираюсь подчиняться тебе во всём. Я индивид, и тебе придётся с этим смириться. А если нет, то и говорить не о чем. Завтрак будет готов через десять минут, – спокойно отвечая, обматываю свои бёдра полотенцем и выхожу в спальню.
