Солнце уже садилось. Добирались сюда они со Зверем долго, идти быстро не мог ни один, ни другой. Постепенно начало темнеть и ночь уже готовилась стать хозяйкой в крепости. Максуда никто не тревожил. Он ждал. Смотрел все время на Сандрин. Наверное, он впервые как следует ее рассмотрел. Ровные фиолетовые волосы, которые он аккуратно поправил, чтобы они не падали на лицо. Красивой формы изогнутые брови. Черты лица ему нравились. И цвет, каким он был раньше. Губы не были тонкими, но и не пухлыми. Наверное, она была красива. Максуд ждал. Ничего не происходило. Он начал тревожиться. Сперва не сильно, он уверял себя, что прошло слишком мало времени. Потом говорил себе, что она сильно пострадала. Когда отговорок не осталось, тревога заползла в его душу. Она сидела там некоторое время, пока не уступила место своему старшему брату — страху. Почему Максуд боялся? Воин уже начал постукивать от нетерпения пальцами по камням. Смотрел на луну, пытаясь определить, сколько прошло времени. И тут Сандрин откликнулась на ту крайнюю каплю, что он влил ей через стебель травы. По ней прокатилась волна светло зеленого света. Максуд облегченно вздохнул. Впервые за несколько дней он позволил себе расслабиться. Зарыл глаза, опустил плечи и поднял голову к небу прямо в ночь. Посидел так немного, почему он был так доволен? Дальше необходимо было все повторить. Максуд потихоньку вливал жидкость в рот Сандрин. Делал длинные паузы, ждал отклика и снова вливал. Сон валил его с ног, усталость не давала пошевелиться, раны не давали покоя и мучили его. Сознание было не в порядке. Туманилось, лезли всякие мысли в голову. Но он находил в себе силы и упорно продолжал все нужные манипуляции. В середине ночи стало прохладно. Максуд хотел сходить за одеялом, но не желал оставлять одну Сандрин. Он лег возле нее, переложил ее так, чтобы она была на боку и пропустил свою руку у нее под головой. Сейчас ему надо было, чтобы ей стало теплее. Это было важно. Ему так казалось. Когда было израсходовано больше половины жидкости-газа из шара, начала заниматься заря. Заснуть позволил себе Максуд только под утро, когда уже ясно слышал дыхание Сандрин. Она лежала у него на плече, и он ощущал на своей груди теплоту ее дыхания. Слабое, но ровное дыхание. И теплое. Максуд еще раз посмотрел на лицо Сандрин и уснул.
Проснулся Максуд не от того, что солнце уже было высоко и светило в глаза. И не от того, что становилось жарко. И даже не от того, что внизу возились его спутники и знатно шумели при этом. Нет. Он проснулся от ощущения того, что на него смотрят. Инстинкт. Максуд резко вскочил, присел на одно колено и быстро осмотрелся. Никого, только Сандрин сидела на каменном полу. Цвет ее лица снова стал белым, но шея еще была серо-зеленой. И на ней было украшение. Толстая золотая цепочка и три ромба на ней. Они были в золотой оправе, а внутри блестели черные камни. Это могло означать только одно.
— Что ты сделал? Я была почти мертва. После встречи с мертвяками никто не выживает. Нет ни одной дымки, которая сможет излечить от такого.
Максуд потер глаза, зевнул и потянулся. Рука отдала болью. А он и забыл. Воспоминания прошлого дня накатили на него и заставили вспомнить о ранах на руке. Он немного поморщился. Посмотрел на плечо — все красное и распухшее, на солнце заблестели свежие капли крови.
— Я не знал, сработает это или нет. Рад, что сработало. — признался воин.
— Более простые способы провести с девушкой ночь на крыше тебе не знакомы?
Злится или играет? Максуд внимательно посмотрел на ее лицо. Ничего. Никаких эмоций. Этих Творящий никогда не поймешь шутят они или угрожают тебя убить.
— Если ты так меня благодаришь, то я принимаю твои благодарности. — нашелся с ответом Максуд.
— Ты так и не рассказал, что ты сделал. — упрекнула ему Сандрин.
— Не рассказал. — подтвердил он ее слова.
— Ты выбрал сторону? — спросила она.
— Все сложно. — ответил воин.
Максуд наклонился, взял свою рубаху, направился к ступенькам и сошел вниз. Он пощупал свою сумку. Шар был еще там. Сандрин спускалась за ним. Он плохо себя чувствовал, ему было дурно в голове и тошно в животе. Временами все кружилось. Разговаривать в таком состоянии ему ни с кем не хотелось. Поэтому он шел чуть впереди, а Сандрин не делала попыток с ним поравняться. По пути к дому Максуд оделся. Его уже ждала Делорис на пороге. Судя по ее виду, она не спала всю ночь.
— Ну что? Где она? — сразу спросила ученица, когда издали увидела его.
Максуд молча прошел возле нее и зашел в дом.
— Сандрин! — раздался радостный визг на улице.
В доме в комнате девушек сидела у стены Жазэль. Возле нее стоял бокал с водой.
— Как тебе удалось выжить? Сандрин сказала, что после контакта с мертвяком никто не выживает. — поинтересовался у нее воин.
Максуд взял ее бокал и выпил одним глотком. Жазэль лишь пожала плечами. Откуда ей такое знать? Она ведь не Творящая и не разбирается во всех этих штуках.
