— Угу, — кивнула я, нарезая свежую зелень, и тут же хлопнула себя по лбу. — Мои грядки!
Я уже рванула в огород, с ужасом вспомнив о том, о чем не имела права забывать, как меня по дороге перехватил Антон.
— Эй, куда собралась? — прижал он меня к себе с силой.
— Ну да, — с грустью обмякла я в его руках, — там всё равно уже всему хана пришла.
— Если ты про грядки, то нет, мы с Костей поручили их поливать одному из строителей, так что можешь за них не переживать.
— Правда? — посмотрела я снизу вверх на мужчину, а он напрягся еще сильнее, и я почувствовала, как кое-что очень твердое уперлось мне в живот.
— Правда, — хриплым голосом сказал он.
Я, не будь дурой, тут же привстала на цепочки, обхватила его лицо ладонями и потянулась с поцелуем.
Мужчина наклонился, и наши губы не просто соприкоснулись, они врезались, будто два поезда, несущихся навстречу.
А остальное я уже не особо хорошо помню, разве что мы дошли с Антоном до печки и успели отключить её, а затем мужчина развернул меня к себе спиной, стянул джинсы, заставил опереться о столешницу руками, надавил на поясницу, чтобы я прогнулась, приставил головку к истекающему влагалищу и резко, с силой вошел.
Я вскрикнула от немного болезненного вторжения, но была уже настолько возбуждена, что даже этот момент лишь подстегнул меня к действию, и я сама начала толкаться навстречу бедрам Антона.
Он понял, чего я от него хочу, и, нашарив под блузкой мою грудь, обхватил одной рукой, вторую положил на бедро и начал буквально вдалбливать себя в меня.
Я взорвалась буквально через пару мгновений, а Антон последовал за мной.
Мы так и замерли в этой позе. Я опираюсь руками о столешницу, он стоит сзади и дышит как паровоз.
Я медленно повернула голову и поняла, что Антон на грани оборота. Черты его лица заострились, он стал выше и мощнее, белки пожелтели, а зрачки расширились.
Но вместо того, чтобы испугаться, я опять возбудилась от этого зрелища, а Антон повел носом, словно не человек, а уже зверь, наклонился к моей спине, заставляя замереть от предвкушения, и так нежно поцеловал в шею, заставив удивленно вскинуться.
А затем медленно вышел из меня, сделал два шага в сторону, еще два к двери, застегнул себе ширинку и, развернувшись, кинулся к двери.
— Антон? — прошептала я уже в спину мужчине.
Он захлопнул за собой дверь, а в окно я мельком увидела уже волка, который сиганул через забор.
— Черт! — ругнулась я и, натянув свои джинсы (благо они у меня были на резинке), рванула за мужчиной.
Выбежала за калитку, но его нигде не было видно.
Если он убежал в лес, то я его точно не успею догнать.
Я повертела головой, но, никого не заметив, вернулась обратно домой.
У меня там сумочка где-то была, а в ней телефон.
Я набрала Косте, но у него сработал автоответчик.
Я хотела уже ему рассказать, что случилось, но затем всё же пересилила себя и постаралась размышлять здраво.
Ну что с ним может случиться? Он же оборотень. Побегает в лесу, успокоится и вернется.
А вообще, странно, что это на него нашло?
Ну я-то понятно — слишком долгое воздержание, а он?
Мне казалось, что Антон — кремень. А тут… как с цепи сорвался.
Хмыкнув, я посмотрела на стол, скривилась и пошла выбрасываться всё, что эта фифа приготовила.
Затем решила прибраться. Свинарник она навела знатный.
На всё у меня ушло не меньше часа, и за этот час я успела полностью успокоиться и пойти мыться.
Антон вернется, ничего с ним не случится.
А затем услышала очень протяжный вой и… еще один — вторящий ему.
Напряглась, не особо понимая, что происходит, и опять пошла на улицу.
Я сразу поняла, что это волчица.
Она стояла недалеко от моей калитки и выла, а ей отвечал кто-то из леса.
— Антон? — повернула я голову и посмотрела туда, откуда услышала второй вой.
А волчица чихнула, заставив посмотреть на себя, и сиганула в поле, не забывая останавливаться и подвывать.
— Оля! А ну, стой! Ты что творишь? — услышала я крик незнакомой женщины.
Она выбежала из дома, где жила баба Ася. Он был на противоположной стороне, слева от Таниного. Но сейчас там была стройка.
— Я не понимаю, что происходит? — спросила я у женщины, а она зло прошипела:
— Эта дура решила под Антона подставиться. В течке она! Дрянь такая!
— То, что дрянь, — это понятно, — сказала я, — а почему дура?
— Да потому что он альфа, и если самка в течке ему не понравится, то он и задушить может со злости! — высказалась она, а затем, вытащив телефон из кармана, кому-то попыталась дозвониться.
К нам начали подтягиваться другие соседи, они смотрели в поле с осуждением, а ко мне зачем-то принюхивались.
Я не сразу сообразила, что не так и чем я могу пахнуть, но одна из новых соседок пояснила:
— Ну и ну, он точно её задушит, раз себе самку уже нашел. Да еще и сразу после спаривания…
Она явно не со мной разговаривала, а просто высказалась в пространство.
— Я позвонила Косте, но он недоступен, — покачала головой первая женщина.
— А вы разве не можете их остановить? — спросила я, всё еще находясь в некоторой прострации.
Как-то в голове у меня не умещалось, что Антон может взять и среагировать на течную волчицу.
