— Завезу после занятий, — бросаю ему, и сваливаю в универ, по дороге заскочив в ближайшую частную клинику за справкой, за которую пришлось отвалить десять косарей.
На меня, конечно, скептически посмотрели, но с расспросами лезть не стали. Теперь надо догнать программу. Пропустил я овер дохуя.
На английском заканчиваю с резюме и от универа еду сначала на подписание договора на аренду квартиры, а уже оттуда к отцу. Бумаги передаю через секретаря. Любимый родитель на онлайн — переговорах с иностранцами. Мне на руку. Не хочу лишний раз пересекаться, даже если буду здесь работать.
До вечера вожусь с переездом. Даже с новой соседкой познакомиться успеваю. Бабуська высунула любопытный нос из квартиры, чтобы посмотреть, кого принесло в их царство. Выслушал про котов, ссущих у нее под дверью, про прошлых жильцов, не дающих бедняге спать по ночам, и прикрутил ей упавшую полку в ванной, потому что «внук бессовестный не приходит».
Разложиться времени уже не хватает. Перевернув пакеты со шмотками на кровать, выуживаю черные брюки и классику — белую рубашку. Трачу время на то, чтобы все отгладить. Одеваюсь. Рубашка сильнее обычного обтягивает подкаченные руки. Так даже интереснее.
Вместо куртки выбираю черный пиджак. К образу добавляю туфли. Все равно на машине. Не замерзну.
Подбираю Тайсона и везу наши задницы в клуб.
— А ты чего за рулем? Как бухать будешь? — интересуется друг, покачивая головой в такт играющего по радио треку.
— Я не буду, — выкручиваю руль в сторону парковки.
— Че случилось? — хмурится он.
— Ничего. Просто не буду. Я и курить бросил, прикинь?
— Заболел? — прикалывается Тай.
«Влюбился» — не произношу вслух.
Кит
В клубе нас собирается много. Гордей знакомит меня с младшим братом, Платоном, и его рыжей подругой. Сам обнимает за талию симпатичную кареглазую девчонку в модных круглых очках, которые явно нужны ей не для красоты. Она открыто улыбается, щеки розовеют от мужского внимания. Мою Ладу напоминает, и чертово сердце начинает опять разгоняться.
— Яся, — представляет ее Гордей.
Машинально прикидываю, сколько у них разницы в возрасте. Лет пять — шесть навскидку. Может так и надо? Она, наверняка, его слушается как старшего и проблем в паре меньше.
— Кит, — киваю в ответ и перевожу взгляд на еще одну незнакомую рожу, пробирающуюся явно к нам. — Это кто? — спрашиваю у Гордого.
— Новенький у нас в Либерти. Гоняет на всем, что ездит. Со следующего сезона войдет в команду. Здаров, — тянет руку парню со льдистыми серо-голубыми глазами. — Рад, что выбрался. У нас тут почти весь основной состав собрался. Как раз познакомишься.
— Захар, — парень тянет мне ладонь. Жму, представляюсь в ответ, а он все время оглядывается по сторонам.
— Потерял кого? — спрашиваю я.
— Да так, — неопределенно машет рукой и снова напряжённо оглядывается.
— Ты не местный, да? — это легко определить.
— Нет. Мы с Иркутска перебрались. Отцу звание дали новое и должность повыше.
— Военный или мент? — сажусь на мягкий, удобный диван. Захар и Гордей устраиваются напротив. Тай — со мной.
— Мент, — хмыкает Захар. — Как и я, в общем-то, правда пока будущий.
— Он у тебя прям совсем наверху, как я понимаю, — включается Гордый. Наш новенький кивает. — С моим, значит, пересекаться будет. У меня отец — прокурор, — кривится он. — Ну, не будем о грустном. Мы сюда пить приехали, — целует свою девушку в щеку и открывает первую бутылку. Я закрываю свой стакан ладонью, показывая, что не пью сегодня.
Гордый без вопросов заполняет стаканы Тайсона и Захара. Парни, что сидят чуть дальше от нас, справляются сами. Братишка Гордея, я смотрю, взял себе пива, а девочки в основном на соках или коктейлях. Ярослава вместе со мной пьет апельсиновый фреш.
Закидываю Калужскому свое предложение. Рисую детали сотрудничества и собственные цели. Не хочу, чтобы он думал, что я пытаюсь влезть в его бизнес, отжать его или еще какое дерьмо сотворить. Это сто процентов его. Просто я знаю то, чего не знает большая часть команды. О его вечный траблах с отцом и относительно недавней очередной попытке прикрыть клуб. Наша победа в гонке, шум в прессе по этому поводу, спасли ситуацию. Но это же прокурор! Хер он отступит.
Гордый дожидается, когда Яся с девочками уйдут танцевать, и уже тогда, тихо матерясь, делится:
— Он требует, чтобы я женился. А надавить на меня можно только через Либерти или… — тяжело втягивает ноздрями воздух, глотает алкоголя, — через Ярославу и ее родителей. До этого еще не дошло. Пока пытается продавить через клуб.
— Куда-то выше хочет залезть? — я хорошо понимаю эту «кухню».
— Нет, свое место удержать. Все телодвижения, происходящие в системе, расшатывают позиции на постах. Одно время он пытался продавить Платона, но мы разрулили. Там отчасти спасло положение отца его Сони. У меня же ситуация другая. Ясины родители моему отцу не выгодны, как члены семьи. Они не помогут ему удержать место, если начнет штормить сильнее.
— Херово, — провожу ладонью по лицу и делаю несколько глотков сока.
