Я хвостом за ней. Так сложно отпустить. Сейчас ведь опять исчезнет, а я после работы припрусь и буду ждать ее под окнами. Тупо это, но по-другому пока не получается. Хочется бросить лекции и отвезти ее, но Лада не согласится. Нужно ключик какой-то найти.
С крыльца смотрю, как она покидает территорию универа. Спотыкается, поправляет сползающую лямку рюкзака и исчезает. А я больше на занятиях сосредоточиться не могу. Сваливаю с последней лекции. Ее как раз ведет Алексей. Он без проблем отпускает, взяв с меня слово, что я буду в материале.
Работа в офисе у отца помогает немного загрузить голову другими мыслями. С родителем я почти не пересекаюсь. Он выдал мне в подчинение небольшой отдел. Отрабатываю навыки управления. Мне совсем не в тему будущей профессии, но точно пригодится, я же наследник. Просрать семейный бизнес было бы тупо.
После работы у меня спортзал. Не щажу себя сегодня, понимая, что завтра поднять тело с кровати будет проблематично. Ночью мне снится Лада. Это приятный сон. Мне нравится. Мы в нем целуемся на love— диване кинотеатра. И мне теперь это нравится, не скучно, потому что она рядом и ее можно трогать.
На утро вместо будильника опять стояк. Зашибись! Я в пятнадцать столько не дрочил, сколько сейчас.
Кончаю, стукнувшись затылком о стенку в душевой. Ржу над собой в который раз. Во что я превратился? Маме бы, наверное, понравилось, если исключить интимные подробности. А что? Не пью, не курю, спортом занимаюсь, учусь, работаю, не ору больше по ночам…
«Стоп» — торможу собственные мысли, выключаю воду, заматываюсь в полотенце.
Работа… Лада теперь работает. И мне кажется, что ключ именно в этом. Я нащупал!
Смотрю на часы. Должен успеть!
Давно я так быстро не одевался. На мокрую голову накидываю капюшон от толстовки и бегу вниз к тачке. Нетерпеливо грею. На волосах начинают таять вмиг образовавшиеся на морозе сосульки.
Еду к ней во двор, все время поглядывая на часы.
Лада уже в конце дома, поворачивает за него. Там остановка. Еду следом. Дожидаюсь, когда сядет в троллейбус. Снова двигаюсь за ней. Затеряться среди других машин даже не пытаюсь. Слишком заметная у меня тачка.
Девочка моя выходит через несколько остановок. Недалеко совсем от дома получается. Обходит многоэтажки и заходит в калитку из разноцветных железных прутьев.
Детский сад что ли?
В принципе, не удивила.
К ней у входа подваливает толпа подростков. Хмурясь, смотрю, как они разговаривают, смеются. Одному из них она с улыбкой выдает шутливый подзатыльник, и они все вместе скрываются в здании.
На детский сад это похоже все меньше.
Оставляю машину. Иду на территорию. Ко мне навстречу выходит охранник в камуфляжной куртке с меховым воротником.
— Вы к кому? — интересуется он.
— Пока не решил. Что за заведение? — мне вывеску за ним не видно.
— Заведение, — хмыкает мужик. — Это детский дом, парень. Шел бы ты отсюда, если не спонсор, но на него ты точно не похож, так что иди.
— Спонсор? — цепляюсь за еще один ключик. — А надо?
О детских домах я не знаю вообще ничего.
— А ты сам как думаешь? Дети здесь без семьи. Им всегда что-то надо.
— Понял. Слушай, а можно я полное наименование вашего учреждения сфоткаю? Поищу, почитаю. Может, будет от меня толк.
— Ну сфоткай, — все еще подозрительно смотрит на меня мужик.
Отходит в сторону. Делаю пару снимков на мобилу. Протягиваю ему руку. Игнорирует.
Ну и хер с тобой!
У меня новая цель появилась. Это надо спокойно переварить, изучить и проконсультироваться с Алексеем. Он наверняка шарит в этом. Даст подсказки, а дальше я сам.
Лада
Честно признаюсь себе — устала. Маму начинаю понимать еще лучше. Тяжело работать с детьми. А когда еще попадаешь в ночные смены, где надо в оба глаза следить за старшими, начинаешь засыпать на ходу. Но это все мелочи в сравнении с кайфом от получения своих первых заработанных денег. Вчера нам перевели аванс, и мы с Томой решили его обязательно отметить. Тем более, впереди выходные. И Толмачев затерялся в неизвестности. Если бы глупое сердце еще прекратило беспокоиться по этому поводу, было бы просто замечательно. Но мой самостоятельный орган продолжает тоскливо сжиматься от одной лишь мысли об этой сволочи.
Умывшись теплой водой, выхожу в коридор и ежусь от холода. Дверь открыта. Наш дворник вместе с охранником и двумя парнями в синих комбинезонах заносят картонные коробки, заклеенные скотчем. Люся разгоняет любопытную малышню, чтобы не простыли. Ловлю двоих мальчишек за рубашки и тоже увожу в сторону.
— Что это? — киваю на очередную партию коробок.
— Спонсорская помощь, девочки, — к нам подходит Мария Витальевна, совмещающая в себе функции и бухгалтера, и отдела снабжения, и завхоза. Активная, бойкая женщина с пропеллером в одном месте.
— Новый что ли кто? — хмурится Люся.
— Да, какой-то клуб. Сейчас… — водит пальцем по накладным, — Либерти. Знаешь таких?
— Клуб? — удивляется Люся. — Я похожа на завсегдатая ночных клубов? — приподнимает бровь наш воспитатель.
— Это мотоклуб, — вырывается у меня. — А чья подпись там стоит? — с бешено колотящимся сердцем пытаюсь заглянуть в документы.
