Мария Витальевна снова водит ярко накрашенным ногтем по документам.
— Калужский Г. Б, — отвечает мне. — Знакомый что ли?
— Да так, — едва заметно выдыхаю. — Косвенно.
Отхожу в сторону. Привалившись спиной к стене, прикрываю веки. Что-то меня потряхивает и колени ватные.
Так бывает только в одном случае, если где-то рядом есть Толмачев. Ну просто таких совпадений не бывает! Стоял себе Детский дом, никого не трогал. Я пришла сюда работать и бах, у них появился новый спонсор. И не просто спонсор, а мотоклуб, в котором состоит кто? Правильно, Кирилл Толмачев!
Только теперь эта ситуация у меня не складывается еще больше. Где Кит и где подобные жесты? Да и зачем ему это? И откуда он вообще знает, где я работаю? Я точно не говорила. Максимум, где мы с ним пересекались, это утром у моего дома, но в последнее время он не появлялся.
«Ааа!!! Кир, черт бы тебя побрал! Ты опять заставляешь меня думать о тебе! Брысь из моей головы!»
— Ты чего? — рядом появляется Тома.
— Голова немного закружилась, — даже не лгу. С Китом всегда так, даже на расстоянии. Это не лечится. — Пойдем, посмотрим, что там привезли? Можно уже?
— Ага. Мария Витальевна дала добро разбирать.
Входим в детскую группу. Наша партия коробок норовит посыпаться прямо на крутящихся вокруг нее детей.
— Так, котята, кыш на диван! — разгоняет их Тамара. — Кыш-кыш-кыш. Сейчас кого поймаю, съем! — раскинув руки в стороны бежит за ними громко топая ногами. Детвора с визгом кидается врассыпную. Смеются, прячутся кто куда.
Усадив их на диван, возвращаемся к коробкам. Вместе с Люсей вскрываем. Канцелярка. Много красивой, яркой, детской канцелярки. Тут все: и альбомы по полу для мальчиков и девочек с мультяшками, и тетрадки со сказочными героями, и раскраски, и специальные тетради для обучения письму. Ручки обычные шариковые, ручки цветные, наборы гелевых ручек с более яркими цветами, с блестящими чернилами, карандаши, ластики, краски, стаканчики — непроливайки, пластилин. Глаза разбегаются.
— Какие молодцы, — вздыхает Люся.
— А пойдем посмотрим, что там у старших? — подмигивает мне Тома.
Спросив разрешения у воспитателя, ухожу со своей новой подругой. У наших подростков есть своя иерархия. Каверин — лидер у всех. Он и стоит сейчас «на раздаче» у коробок. Никто не лезет. В руках у парня модный черный рюкзак с множеством удобных карманов и замков.
— Круть, — вздыхает один из ребят. Рюкзак летит в него. — Спасибо, — кивает он.
Закончив с раздачей, к слову, внешне разных рюкзаков, они приступают к мелочам. У них тоже канцелярка, но в более сдержанных тонах.
— Привет, — улыбается он Томе и кивает мне.
— Привет-привет. Справляешься, я смотрю, — отвечает она.
— А что, были сомнения в моем авторитете? — парень складывает на груди руки и смотрит на подругу с вызовом.
— Боже упаси, Дёма. Молодец. Разрулил. Пойдем, — Тома толкает меня в бок.
— А? — хлопаю ресницами. — Да. Пойдем. Задумалась.
— А скажи-ка мне, подруга, — она цепляет меня под руку и тянет в столовую. — Не твой ли это красавчик нашим детям праздник устроил?
— Он не мой! — фыркаю я. — Больше нет. И там фамилия была «Калужский». Так что не он это.
— Ну да, ну да, — смеется надо мной Тамара.
Зевнув, возвращаюсь к своим подопечным. Люся раздала им новые альбомы, цветные карандаши и усадила рисовать. В группе стоит сосредоточенное сопение и шарканье грифеля по бумаге.
Пришла моя задержавшаяся сменщица. Зевая и потягиваясь, я собралась, попрощалась со всеми, дождалась Тому на крыльце.
Идем вместе на остановку. Я машинально вглядываюсь в проезжающие мимо машины. Ругаю себя, но все равно всматриваюсь. Нелогичная девочка и сердце мое нелогичное! Ему обидно и больно, а оно все равно колотится в сторону Кирилла и, кажется, именно этот орган дает команду глазам выискивать «хищника» на дороге.
Дома тишина. Мама на работе с утра. На столе для меня накрыт салфеткой остывший завтрак. Улыбаюсь ее заботе, делаю себе чай, стаскиваю из тарелки пышный оладушек. Макаю его в миску со сметаной и жмурясь, откусываю сразу половину.
— Мням, — доев, облизываю пальцы.
На душ у меня сил уже нет. Переодевшись, забираюсь под одеяло, закрываю глаза и моментально отрубаюсь.
Меня будит звонок подруги.
— Соня - засоня, мы идем отмечать твой первый заработок или где? — бодро интересуется Тамара.
— Конечно идем, — натягиваю одеяло выше. Хорошо так под ним. Уютненько.
— Тогда предлагаю шикануть и сгонять в ночной клуб. Естественно, платим пополам, — уточняет она.
Не то, чтобы на аванс от бюджетного учреждения можно было шикануть, но я чувствую острую необходимость в подобном загуле. Нужна несвойственная мне хотя бы легкая безбашенность, чтобы все выветрилось из головы.
— Давай, — легко соглашаюсь.
Душ помогает мне проснуться окончательно. Предупреждаю маму, что вернусь поздно. Она переживает.
— Может просто в кафе посидите, Лад? — смотрит, как я наношу макияж ярче обычного.
— Нет, мам. Мы уже решили, что идем в клуб. Нормально все будет.
— В прошлый раз ты мне так же говорила, — вздыхает она. — А потом я чуть с ума не сошла, когда моя дочь стала превращаться в бледное приведение.
